Ранняя весна пленяет город золотистым нарядом вдаль Волги, где набережные блеснут отражением разноцветных ярмарочных лавок. Здесь ждет Кассандра, рыжеволосая дама с белыми бакенбардами и шевелюрой столько лет, сколько она помнит. Антон Долгополов, старый детективный кейс в жизни, приходит рассчитывать долги, а Кассандра — загадка, вокруг которой веет таинственность и магия....
Ну, вы понимаете?
– Понимаю, – кивнула детектив и спросила: – Вы же уверены, что это не так?
– Уверен!
Мирослава пристально посмотрела на замявшегося Горского, и он, не выдержав ее испытующего взгляда, признался, что сын говорил ему, что Настя пристает к нему.
– Но я, конечно же, не поверил, – добавил Горский.
– Почему «конечно»? – спросила Мирослава.
– Сами подумайте, – пожал он плечами, – парень хотел выжить Настю из дома! Я же говорил вам, что долгое время был отцом-одиночкой, и Юлиан решил, что так будет всегда.
– Вполне понятный детский эгоизм.
– Да, наверное. Но он должен был понять, что я имею право на личную жизнь.
– Не в этом возрасте. Я имею в виду его возраст, а не ваш.
– Может, вы и правы. Но, так или иначе, я не поверил сыну ни тогда, ни позднее.
– Однако вы пришли ко мне?
– Я не могу допустить, чтобы моего сына посадили в тюрьму! К тому же за преступление, которое он не совершал. И потом…
– Что потом?
– Я поговорил с Авдотьей, – нехотя признался он, – и она открыла мне глаза.
– Кто такая Авдотья?
– Наша домработница.
– А раньше вы с ней не разговаривали?
– На эту тему?
Детектив кивнула.
– Нет, никогда.
– Почему?
– Как вы это себе представляете? – спросил Горский.
– Что именно?
– То, что я обсуждаю с домработницей свою жену!
– Конечно, лучше сделать вид, что ничего не происходит.
– Так я и думал, что ничего не происходит! И все это измышления Юлиана.
– Хорошо, теперь вы это знаете. Но знание это опоздало и не сможет помочь вашему сыну.
– Почему?
– Потому что слова Юлиана и Авдотьи не смогут перечеркнуть слов Насти по той простой причине, что она умерла и не сможет защищать себя.
Горский опустил голову и стал рассматривать свои руки.
– Вадим Евгеньевич, – окликнула его Мирослава. И когда он поднял голову, придвинула к нему лист бумаги и ручку, – напишите мне имена и контакты всех, кто, так или иначе, причастен к этому делу.
– Всех?
– Желательно всех, – кивнула Мирослава.
– То есть подруг Насти?
– Да.
Он кивнул и добавил:
– Ее не было в тот день, когда напали на Настю. Она уезжала к родственникам и только что вернулась.
– Родственники у вашей жены есть?
– Есть, но они живут на Дальнем Востоке, и есть двоюродная сестра в Екатеринбурге.
– Что ж, поговорю еще с вашими соседями. – Мирослава задумалась. – И мне нужны телефоны друзей вашего сына.