Я отлично знаю, что Сеня ездил в Париж в 1992 году, он привез тогда Маше акварель: Эйфелева башня на фоне заката, в углу художник оставил подпись.
Я вышла в коридор, вот он, городской пейзаж в тоненькой рамочке, в самом низу размашисто написаны имя, фамилия неизвестного француза и дата «28.12.1992 г.». А теперь произведем простые арифметические действия. Сеня скончался в конце мая 2007 года. И сколько же должно быть мишек? От двух тысяч семи отнимем тысячу девятьсот девяносто два и получим… пятнадцать. Все правильно, в канун года Крысы Сеня уже лежал на кладбище, вернее, его прах покоился в колумбарии. Но сейчас я вижу шестнадцать игрушек на полке и еще одну на тумбе! Получается, что мертвец исправно делает подарки дочери! Я вышла в подъезд. Запах духов «Шанель № 5»! Особенно сильно пахло около почтовых ящиков и в комнате Нины. А теперь подведем итог: розовый мишка, запах «Шанель», черная тень в прихожей…
У меня затряслись руки. Нет, успокойся, Лампа, мертвые не пользуются парфюмерией и не поздравляют с Новым годом даже горячо любимых дочек!
Я вернулась в квартиру Маши.
– Лампа, – раздалось из коридора минут через двадцать. – Ты где?
– Тут, – хриплым голосом ответила я и вышла из комнаты.
– Испугалась? – кинулась ко мне Маша.
– Слава богу, – подхватила Нина, скидывая обувь, – что тут случилось?
Я стала излагать историю про фен, потом не выдержала и спросила:
– Вы не чувствуете никакого запаха?
– Перед отъездом я выбросила мусор, вонять тут нечему – сказала Маша, – ладно, пошли чаю попьем, похоже, мы отделались легким испугом.
– Наверное, вор вошел в прихожую, а тут ты закричала: «Стоять!» Очень глупое поведение, – укорила меня Нина, – вдруг бы у него оказалось оружие. Нельзя нападать на уголовника.
– Швабра тебе не помогла бы, – вторила дочери Маша.
– Вы не ощущаете аромат «Шанель»? – перебила я женщин.
Маша пожала плечами:
– В квартире очень душно, надо открыть все окна!
Когда она пошла в гостиную, я поманила Нину в ее спальню и спросила:
– Скажи, тебя тут ничего не удивляет?
– Внимательно посмотри вокруг! – приказала я.
Нина послушно завертела головой.
– Ну? – в нетерпении поинтересовалась я.
– Если хочешь упрекнуть меня за беспорядок, то лучше не начинай, – сердито заявила Нина, – это моя комната!
– Кто сидит на тумбочке? – я ткнула пальцем в игрушку.
– Мишка, – ответила младшая Комарова.
– Вот именно! – зашептала я. – А в квартире пахло «Шанель № 5»! И от плюшевой игрушки исходит тот же аромат.
