Вереничная серая пелена завесила столицу в туманных сумерках, когда приоткрытое зарешеченное окошко в двери лишь фрагментировала загадочную неизвестность за ней. Тихий скрип скрепил преграду между тем, кто настойчиво просился в комнату, и таинственным силуэтом, что стоял там за нею. Метрах в пяти сквозь туман угадывалось лишь мутное порождение — тот, кто искал информацию или решение к своей проблеме....
Интересно было бы знать, во сколько же оценивается все состояние махараджи?
– Этого не знает никто. Княжество находится на удобных торговых путях, и сокровища там копились веками. Отец прислал донесение в Англию задолго до выхода в море. Он писал, что никогда прежде не видел столько сокровищ. Пещера Али-Бабы рядом с ним просто захудалая галантерейная лавка. Даже несколько фотографических карточек прислал…
Он написал, что задача перевезти из Индии в Британию такие груды золота почти не решаема. Морские пути опасны, а сохранить в тайне информацию о «золотом фрегате» почти невозможно даже несмотря на все предосторожности адмиралтейства и армейского командования.
Поэтому в Лондоне решили пойти на хитрость. Фрегат «Джон Чандос» действительно вышел в море из Траванкора с драгоценным грузом на борту. Через несколько часов после выхода фрегата из порта все ценности должны были перегрузить, и, вероятно, перегрузили, на подводный корабль системы моего супруга под названием «Помпилий». Думаю, не стоит напоминать, что вы дали присягу и никому более не должны говорить ни о механизмах Рокстеда, ни о самом существовании подводных кораблей.
Дальше, как можно судить из газет, случилось то, чего, увы, все опасались: кто-то атаковал фрегат и, не обнаружив золота, пустил его на дно. Но исчезновение «Помпилия»… – благородная дама развела руками.
– Прошу извинить меня за дерзость, саиб, – прервал молчание Раджив, дотоле, подобно статуе, безмолвно стоявший за плечами мистера Шейли-Хоупса, – могу ли я задать несколько вопросов?
Стивен вопросительно посмотрел на хозяйку дома.
– Мой спутник вырос в тех краях. Возможно, ему в голову действительно пришло что-то толковое.
– Если вы настаиваете, – вздохнула леди Маргарет, не слишком довольная вмешательством туземца.
– Что вам известно о драгоценностях, которые перевозил ваш отец?
– В письме лорд Джеймс упоминал жемчужное ожерелье длиной в шесть ярдов и корону, усыпанную рубинами, изумрудами и розовыми бриллиантами Голконды.
"Да, вот еще. Он писал о некой золотой статуе, из-за которой у него чуть было не вышла ссора с местным жрецом-брамином. Массивная статуя из чистейшего золота. Она чем-то приглянулась отцу. А поскольку махараджа в благодарность за помощь обещал ему любой дар из сокровищницы, коммодор выбрал статую. Он вообще любил всякие диковинные безделушки. Брамин заявил, что статую нельзя выносить из храма, но отец настаивал.
