Автор
В зале сараева лежит тайна: два мага размышляют о своей следующей цели, в то время как чуткий глаз заметил их. Тревожно и захватывающе – за пределы обычного мира сквозь стены несется опасность, а юный защитник прячется в мрачном ящике. Эта история ожидает вас, запечатленная в тени и отдалении, где каждый шаг подвержен опасностям и судьбе....
– Я знаю, где ты, – заявил человек по имени Анха, остановившись в центре сарая. – Выходи, или я заставлю тебя выйти. От того, сделаешь ли ты это добровольно, зависит твоя дальнейшая судьба.
Он говорил сейчас на местном, южном диалекте, и я даже немного этому удивился, признаться. Не представляю, откуда он мог его знать. Но приказу я предпочел все же подчиниться, понимая, что выбора у меня нет в принципе. Я выполз из-за своего ящика и с трудом заставил себя выйти вперед. Сколько я не ел? Сутки? Больше? Хорошо, смерть от рук Великого Мастера явно будет менее мучительной, чем медленно помирать от голода.
– Ребенок? Здесь не должно быть детей. – Анха, прищурившись, внимательно вглядывался в мое лицо. – Сколько тебе, тринадцать?
– Почти пятнадцать, заахо, – отозвался я, щурясь от яркого света, в котором совершенно не мог нормально разглядеть своего собеседника.
– С каких пор я тебе хозяин? – мрачно уточнил маг, переходя на элуренский.
Он скользнул взглядом по моим рукам и ногам и тихо зарычал.
– Давно ты здесь? – еще более мрачно осведомился маг.
– Два года, мастер Анха. – Я стиснул зубы.
– А ты внимательный, – усмехнулся он. – Идем.
Анха взял меня за плечо и вывел к остальным. Четверо его спутников, все несильно старше тридцати пяти лет, приподняв брови, внимательно нас рассматривали. Мастер тем временем подтолкнул меня ближе к одному из них, широкоплечему светловолосому мужчине с выбритыми висками, высоким пучком, холодным взглядом голубых глаз и изогнутым длинным кинжалом на поясе.
– Ты жаждал его спалить, Рицико, – насмешливо напомнил Анха. – На, сделай что хотел. Можешь даже отдать приказ, я не против.
Мужчина, прищурившись, оглядел меня и, переведя взгляд на мага за моей спиной, мрачно бросил:
– Я не убиваю детей, Анха. К тому же мстить за эту деревню мальчишка нам точно не станет. С каких пор твои родичи заводят рабов? Это уже слишком, даже для них.
– Мои родичи – Элурен, – холодно отозвался Анха. – Этих я знать не желаю.
Я сглотнул. Так он отсюда. Из этой деревни. Видимо, потому сам и пришел. Хотел отомстить за те зверства, что творили эти люди. Элледы, как известно, не прощают долгов.
– Вы долго собираетесь беседовать? – поинтересовался сквозь зубы еще один из них, высокий плотный мужчина с рыжими волосами, собранными сзади, и темно-синими глазами. – У нас тут ребенок в цепях, на минуточку.
