В преддверии очередного Нового Года, девочка Марк призывает отца и мать оставаться дома из-за опасности. Но что подталкивает ее к такому решению? В этих строках раскрывается тайна секретной ночи, где даже детский страх может стать неожиданным подарком на новый год.
Тихий рваный выдох и его низкое: — Ох, я мечтал об этом с того момента, как увидел этот ""пояс""!
И как только я снова попыталась открыть рот, чтобы ответить на мнение Марка о моем вкусе, он тот час резко углубил поцелуй. Его язык грубо терзал мой рот, а зубки иногда покусывали нижнюю губу. Грант хотел меня так сильно, что не замечал: мне позволено лишь аккуратно стягивать с него пиджак, а затем судорожно расстегивать пуговку за пуговкой на рубашке. Черт! Какой придурок придумал их размером в горошину?!
Грант заметил мою проблему и просто разорвал рубашку, откинув ее в сторону.
— Прикоснись ко мне, Детка… — почти взмолился он, пока я слишком долго разглядывала рифленый пресс и татуировку по всей правой руке. — Просто дотронься… Прошу."
"Марк осторожно коснулся моей блузы и, ловко расстегивая пуговицу за пуговицей, вскоре оставил меня ""без прикрытия"". Только черный лиф и гипюровые бикини отделяли меня от взрослого мира, в который я стремилась весь день.
Он смотрел на меня так… Боже мой, наверное, именно тогда разрушились окончательно все сомнения и внутренние преграды! В его глазах было все: желание, обожание… любовь?
Я позволила себе протянуть ладонь к плоскому животу и провести дорожку от груди до стальных кубиков в самом низу. Он закрыл глаза и шумно выдохнул, а в следующую секунду снова подхватил меня на руки и бросил на кровать.
Приличная девушка смутилась бы, лежи она почти голой перед шикарным мужчиной, который слишком долго рассматривает каждый кусочек тела, словно навсегда стараясь запечатлеть в памяти.
— Детка, даже внешне ты идеальна… — прошептал он, расстегивая брюки. — Ты настолько красива, что это делает мне больно.
Нет, больно было мне. От того, как сильно любила, хотела, мечтала… Все должно быть в меру! А бабочки в моем животе, которые зарождались от его слов, причиняли физическую боль.
— Иди ко мне, Марк… — не в силах больше терпеть, я подцепила лямку лифа и медленно спустила вниз. Мужчина судорожно сглотнул, а затем сбросил брюки в одно движение и навис сверху.
Я попыталась продолжить начатое и снять бюстгальтер, но Грант не дал. Его ладонь нежно сжала мои запястья и отвела за голову, пока губы опускались в ложбинку между грудей.
![Обложка книги Истинная для черного волка [СИ]](/uploads/posts/images/1/istinnaia-dlia-chernogo-volka-si.jpg)
