В Сталиногорске два мирных существа: он в цеху — начальником, она — лаборанткой. Ее зовут строго и недвижно, его обозначают ямочками на щеках. Их жизнь скромна и предана работе, словно их двое нарисованы картиной времен "прежде думай о Родине, а потом о себе". Теперь это почти невозможно представить!...
Похоже, «Девчонки, я приехал!» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Дама цепким взглядом прошлась по стенам, задержалась на зеркале, подошла и стала перед ним снимать насквозь мокрый ватерпруф.
Разоблачившись, она, не глядя, протянула одежду Агаше:
– Прими.
Агаша приняла.
Дама поправила затейливую причёску, покачала головой, как видно, недовольная тем, что валик примялся под капюшоном, и повернулась к Надиньке.
– Должно быть, вы Надежда Павловна Кольцова. А я Руфина Терентьевна, супруга генерала Гицко. Мы въезжаем в эту дачу, я решила прежде посмотреть."
"Она говорила подчёркнуто любезно и отчётливо, словно сомневалась, что Надинька и Агаша её понимают.
– Пётр Силыч, наш шофёр, привёз кое-какие вещи, мне бы хотелось их разместить. В городе от них тесно.
Надинька стояла как громом поражённая. До сих пор все разговоры об отъезде и даже сборы были частью какой-то… воображаемой жизни, ненастоящей. Генеральша Руфина Терентьевна была совершенно настоящей! Её лаковые резиновые боты по-настоящему блестели, сильно накрашенные губы выговаривали настоящие слова, и дом теперь по-настоящему принадлежит ей, а вовсе не Надиньке с Агашей.
– Ну-с, проводите меня, – распорядилась генеральша по-настоящему. – А ты… как тебя?.. помоги Петру Силычу с вещами.
Она зашла в столовую, окинула взором лампу над круглым столом, старинный ореховый буфет, диван, довольно потёртый, и усмехнулась.
– Когда намереваетесь освободить?
– Мы ещё не все вещи собрали, – пробормотала Надинька.
– Нужно поторопиться, милая. Мы, конечно, зиму в городе проживём, но здесь устраиваться нужно! А это целое дело! Мой супруг-генерал не может жить в эдакой эволюции!
Надинька посмотрела на генеральшу.
– Он правительственное задание выполняет. Партия приказала самый новейший ледокол построить, чтоб такого даже в Америке и близко не было. С утра до ночи на службе, отдыхать должен, как полагается. Из пристроек что имеется?
– Гараж, – вместо Надиньки ответила вернувшаяся с корзинами и узлом Агаша. – Сарайка с той стороны, почти у леса. Мы там всякий садовый инструмент держим.
– А водопровод? Канализация?
– Всё есть, как не быть. Воду колонка греет, уголь отдельно привозят.
– А телефон?
– В кабинете.
Новая хозяйка обошла весь дом, заглянула во все углы и щели. За ней ходила Агаша. Надинька ушла в тёмный отцовский кабинет, села на пол у печки и стала грызть ноготь, пристально глядя на телефон.
…Серёжа, милый, позвони мне сейчас! Мне так страшно, и я совсем одна!..
