Ну и, конечно, ей хотелось похвастаться перед ними фотографиями, тем более что получилась она на них весьма хорошо.
Собственно, встреча с Майкиными родителями и была основной моей задачей этой поездки. Точнее с её отцом, полковником ГРУ. Прямо я, конечно, о службе его не спрашивал, но висящий на стене мундир как бы намекал. Да и второе отделение, про которое он ещё при знакомстве сказал, есть ни что иное, как «Второе Управление Генерального Штаба» - а именно Главное Разведывательное Управление.
Вот за обедом, после того как закончились разговоры о погоде, охи и ахи от просмотра моего фотоальбома, я и задал полковнику насущный для меня вопрос.
- Наставник, говоришь… – Задумался мужчина, отправляя в рот ложку борща.
- Ага, из разведчиков. Тех, кто в поле работал. И, желательно, ушедших на пенсию в чине не ниже капитана. – Утвердительно кивнул и последовал его примеру.
- А капитана-то тебе зачем? – Вздёрнул брови Полковник.
- Ну, можно и не капитана. Майор мне тоже подойдёт. А зачем… ну, чтобы учил не только руками махать, но и головой думать.
- А что ж не полковника или генерала сразу? – Усмехнулся он.
- А на высших командных должностях мозги начинают иначе работать. Да и навыки рукомахательства к этому времени большинство подзабывает. Ну и в поле полковника встретить ведь нереально. А мне именно боевой офицер нужен.
- Что, в разведку решил пойти после школы? – Оценивающе поглядел на меня мужчина.
- Неее, слишком далеко до этого, чтобы строить такие планы. Пока просто хочу научиться управлять своим телом, людьми и обстоятельствами.
- Какой разумный молодой человек. – Улыбнулась мама Майи.
- Ага. Далеко пойдёт. – Подмигнул ей муж. – Глядишь, будет хороший жених нашей дочке.
- Папа! – Смутилась девочка.
А вечером, после возвращения домой, мои фотографии подверглись тщательному осмотру семьёй. Оказывается, отец не очень-то и обращал внимание на то, что я там печатал – у него и своих фоток хватало. Но после происшествия в автобусе решил проверить. Ох и крику было!
Правда, не от папы. Больше всего, как я и предполагал, ругалась мама. И задницу мне раскрасили по её настоянию. Особенно после фотки медвежьих какашек, подписанной «Медведя видишь? Вот и я не вижу. А он есть.»
Было больно, обидно, но…
Я чувствовал моральное удовлетворение.
Подарить эту фотку нянечкам в детскому саду, что ли? С персональным автографом, ага.
Сбежал. Снова. Из детского сада в смысле. На сей раз – во время прогулки.
