Ну, как с ним разговаривать?!
Он плавно, без всплесков ложится на спину. Но всё равно будто напряжён. Просто внутренне. Так и хочется сказать: "Ну, расслабься ты уже!"
– Но... – уже нехотя повторяю я, потому что почти уверена, что это бесполезно. – Я не могу тебя так называть. Сейчас вот назвала и почувствовала себя по–дурацки. Это слово... оно... оно заставляет держать дистанцию.
– То есть ты боишься сближения, да?
Он чуть отворачивается в сторону. А затем перекатывается телом в воде, делая полный оборот, будто дельфин или другое морское животное, и принимается плыть на спине к берегу левого края лагуны, до которого осталось всего метров двадцать. Быстро перебирает ногами, взметая воду. Скорость набирает огромную.
– Догоняй, – доносится до меня.
Вздохнув, принимаюсь плыть туда же. Но с той же скоростью. Ничего, подождёшь...
Чуть позже, вслед за ним я выхожу на берег. Здесь он более пологий, чем в глубине бухты. Поэтому мокрый песок сыпется комьями из–под чуть сморщенных из–за долгого нахождения в воде ступней. И здесь, в отличие от берега на котором я искала Аллигатора глазами, куда больше пальм в участках травы.
Аллигатор усаживается на песок, укладывает сложенные руки на колени и смотрит вдаль. Туда, где тает у горизонта океан. Сажусь рядом с ним.
– Чудная ты, – после недолгого молчания произносит он.
Бросаю на него взгляд.
Он поворачивается ко мне. Пристально смотрит в глаза. Вижу в его зелено–карих, блестящих глазах отражение себя.
– Ты знаешь, какова стоимость "ALLIGATOR"а?
– Ты про яхту, надеюсь? – усмехаюсь я.
– И сколько же она стоит?
– Семьдесят миллионов евро.
Вытянув губы трубочкой, насмешливо качаю головой.
– Много, – говорю я.
– Пиздец просто, – качнув головой, хрипло произносит он, глядя в сторону. – Можно подумать я сказал о чём–то обыденном для тебя.
– Да нет, – пожимаю плечами я. – Я понимаю, что такую яхту обычный человек позволить себе не может.
– Однако ты так ведёшь себя со мной, как будто я – какой–то рядовой пентюх из твоих ухажёров. Уровня этих придурков с того корыта, где ты тусила. Ты немножко отдавай себе отчёт в том, что я, как бы, несколько не они. И уровнем и статусом, да даже, блин, возрастом.
Склонив голову набок, прищуренно смотрю на него.
– Зачем ты в который раз кичишься передо мной своими деньгами? – спрашиваю я.
– Я не кичусь, – хмурясь, говорит он. – Но мне правда странно.
– Твоё отношение. Чем лучше я к тебе отношусь, тем больше ты начинаешь дерзить и выпендриваться.
