Автор
В мирском шатре власти и тени бандитского мира прячется одна девочка, не ведающая добра и зла. Внутри каждой камеры — тайны и опасности, а на периметре охрана готовится к любым непредвиденным обстоятельствам. Алена, теперь горничная, чувствует, как мир внутри ее одежды перекликается с угрюмой реальностью бездомного города....
Потрогали ткань трусиков, влажную. Сдвинули в сторону и погладили мокрые складки.
- Убери, - завозилась, пытаясь отстраниться, Севастиан теснее прижался ко мне.
- Ты ведь тоже хочешь меня, - он лизнул уголок моих губ, и от удовольствия мурашки разбежались по коже. – Хочешь несмотря на то. Что я красавчик с полными карманами денег. Который уверен, что ему все позволено.
Щелкнула пряжка ремня на его брюках, его губы снова накрыли мои.
Он целует и раздевается, я сижу на нем, крепко обхватив ногами его бедра.
И дрожу от сдерживаемой злости, ничего не могу с собственным желанием сделать, мне этот мужчина приятен, меня ведет, от его вкуса и запаха, в его объятиях.
- Только после свадьбы, - выдохнула, перехватив его руку и вздрогнула.
Он уже достал член. Обхватил его. И я пальцами натолкнулась на горячую и влажную от смазки головку.
В каком-то сантиметре от меня.
Он может рывком войти.
И я закричу.
Я уже так много знаю о сексе. Какие это яркие, взрывные ощущения. Знаю, как чувствовать в себе старшего Северского.
У них одна фамилия, и они безумно похожи, они братья. Но это разные мужчины…
От этой мысли меня всю колотит. Нельзя желать, как я желаю. Нельзя творить такое, но меня путают, эти сильные руки, эти темные глаза, что смотрят нетерпеливо и жадно.
- После какой свадьбы, Рита? – хрипло спросил Севастиан. И дрогнул в улыбке. – Ты замуж хочешь?"
"- Я хочу заниматься такими вещами с мужем, - подтвердила. Щеки так печет от стыда, мне лед нужен, холодный душ. – Я не ваша горничная-проститутка.
- Я знаю. Но Рита.
Его взгляд скользит по моему лицу.
- Так не делается, - сказал Севастиан негромко и хмыкнул. – Времена не те, крошка. Я должен попробовать. Ту, кого забираю себе на всю жизнь.
Он навалился на меня.
Под нами покачнулся стеллаж, на бетонный пол со звоном упали уцелевшие бутылки.
Его губы скользнули по шее. Он прикусил кожу, впился в меня.
Со стоном запрокинула голову.
Что я несу…
Я в их развратном доме, на мне форме горничной, в объятиях этого бандита, вообще, ничего не соображаю, дурная моя жизнь…
И пусть.
Севастиан сжал мои бедра.
Рыкнул.
И резко дернул меня на себя.
Одним сильным толчком воздух из легких выбил, с размаху вошел в меня, до упора.
Вскрикнула так громко, мой голос ударился в стены и эхом разлетелся, во все стороны, как брызги.
Распахнула ресницы.
Встретились взглядами.
- Бл*ть, - простонал он, обхватив меня за талию. – Бл*ть. Не поверишь. Это в три раза лучше, чем наблюдать, Рита. И в двадцать раз лучше.
