Автор
В тени старого дома, я первыми услышала шаги. Его холодные пальцы касались подбородка, а слова изрекались безжалостно. Давид — имя моего палача, теперь он здесь, в этой темноте. Страх заставляет сердце биться чаще, и я понимаю, что не могу убежать от этого злого существа.
— Дочь ждет, — медленно усмехнулся Давид.
Он будто и сам был в прострации. Как и я. Белый халат смотрелся на нем более чем неуместно, если знать, чем занимается этот мужчина. Ради этих детей я должна буду стать ему женой.
— Мы их заберем, — решила я, — сегодня. Вы больше не оставите их здесь.
Я не спрашивала, а утверждала. Я была готова бороться за то, чтобы мои дети больше не были брошенными здесь.
Головой я понимала, что их выхаживали, пока я приходила в себя. Эльдар сам боролся за их жизнь, пусть и со своей выгодой.
— Жасмин, приди в себя. Так было нужно. Они родились раньше срока.
— Из-за тебя, — напомнила я ему.
Я начала рожать в ту ночь, когда он взломал замок в моей квартире и сцепился с Доменико.
Давид тяжело вздохнул и отвел взгляд. Я прикусила язык и опустила голову, понимая, что нельзя было так говорить.
— В любом случае отцу сказали, что исход мог быть хуже. Когда выживает один ребенок или…
Давид замолчал.
— Впрочем, ты умница.
Я пропустила его слова мимо ушей. Из головы исчезали все звуки, когда темные глазки безотрывно смотрели на меня. И я, боясь разорвать этот контакт — смотрела, смотрела…
— Эмиль.
— Что? — прошептала я.
— Нашего сына зовут Эмиль.
Я покачала головой. Не понимаю, почему Эмиль?
Давид сел на корточки и внимательно посмотрел на меня. На миг мне показалось, что он хочет сказать мне что-то плохое. Что-то ужасное.
Руки вновь задрожали, идиллия была нарушена.
Эмиль начал громко плакать.
— Жасмин, я приемный сын своего отца. Формально я отношусь к династии Басмановых, поэтому сына будут звать Эмиль. Но моя настоящая семья находится не в России.
— Кто ты?
— Моя кровь живет на Сицилии. Мы с Доменико оттуда родом.
— Почему Эмиль? — все равно не понимала я.
— В будущем это имя обеспечит ему выбор семьи и крови. Как было у меня. Либо он останется Эмилем и в России, либо станет Эмилиано и последует за зовом крови.
Я покачала головой.
И отвернулась.
Сын все еще плакал — чувствовал, как сильно колотится сердце его матери.
Эмиль.
Наследник человека, который имеет две могущественные семьи в нескольких уголках Земли.
Когда мне дали познакомиться с дочерью, я не могла прийти в себя. Правда обрушилась на голову как снежная лавина. Я потеряла дар речи и только и могла, что размышлять о своем несладком будущем.
— Значит, ты собираешься ехать туда? — прошептала я, смотря в темно-карие глаза дочери.
