— Почему?
— Обычно девочки не увлекаются оружием, — повел он бровью. — Ну, такие, как ты.
— В смысле? — не поняла я.
— Не могу тебя представить с пистолетом в руке.
— Я уважаю оружие, как вид искусства, — вслух произнесла я, а моя память вернула меня на базу, к норе Макса и ""глоку"", который стал для меня в свое время не только другом, но и избавлением от моих демонов.
Алехандро промолчал, мы продолжали идти к парковке, когда в его кармане раздалась трель телефона, и он поспешил ответить на звонок.
— Да, Ибби, освобожусь не скоро, буду поздно… да, я с Паломой и Лили… — произнес Алехандро по-испански и, внезапно замедлив шаг, начал внимательно слушать собеседницу. — Ты маме сказала? — нахмурившись, спросил он и, выслушав ответ, кивнул: — Ясно… Если доктор сказал, что зуб больше болеть не будет, значит так и будет, — подбодрил он, как я поняла, свою сестру. — Все равно болит?… Сейчас температуры уже нет?… — он внимательно продолжал слушать, а я шепотом спросила у Паломы:
— Сколько лет его сестре?
— Около семи.
— Совсем еще малышка, — покачала я головой. Конечно, если у нее что-то болит, она будет требовать любимого брата.
— Vale, Mi amor, no llores, — между тем тихо успокаивал сестру Алехандро мягким тоном. — Un besito dulce para mi chica favorita [перевод автора: Ладно, моя любовь, не плачь. Сладкий поцелуй для моей любимой девочки], — произнес он, и я не удержалась от теплой улыбки. В этой фразе было столько любви по отношению к младшей сестре, а напевный испанский язык придавал словам Алехандро еще больше нежности.
Мы молча зашли в крытый паркинг, а Алехандро завершил разговор и посмотрел на нас с Паломой.
— У моей сестры разболелся зуб, как-то он там неправильно растет, и с обеда, как оказалось, началась эпопея с дантистом, температурой и слезами, — хмурясь, пояснил он.
— Поезжай домой, — хором ответили мы с Паломой.
— Давайте встретимся за ужином, — предложил Алехандро, но в его голосе звучала неопределенность, и я понимала его. Он некоторое время молчал, будто что-то решая, и, наконец, посмотрев на Палому, произнес: — Ты помнишь, где забронирован столик? — подруга кивнула и он продолжил: — К девяти туда должны подъехать Алонсо с подругой, ты с ними вчера встречалась, и еще пара друзей из универа. Я, как уснет Ибби, присоединюсь.
Представив, что ребенок, проснувшись, не увидит брата, а также оценив перспективу отмечать свой день рождения в кругу совершенно незнакомых мне людей, я отрицательно замотала головой.
— Нет-нет-нет, давай ты не будешь разрываться между сестрой и вечеринкой. Я понимаю, что ты человек слова и обещал, но семья — это святое, — уверенно произнесла я.
— Когда вы уезжаете? — задумчиво спросил Алехандро.
— На завтра заказан джет, — кивнула Палома.