Автор
Девочка Дьявола — это роман о Лили, девочке с таинственными способностями. Её мир рушится, когда она обнаруживает, что может управлять чарами и силами природы. С каждым днем её связь с невероятными существами становится ярче, а вместе со сложностью проблем — и эмоциональная нагрузка. В этой четвертой книге события переходят в новый уровень загадочности и напряжения, придавая повествованию утонченное остроумие и динамику....
Зажмурившись от яркого солнца, я поймала себя на мысли, что еще никогда не чувствовала себя такой свободной. Хотелось поднять голову и крикнуть в небо “Я ЗДОРОВА!”, потому что самые тяжелые оковы — это оковы болезни. Только сейчас, оглядываясь назад, я поняла, насколько ужасный и страшный период был пройден — когда я не могла контролировать свой организм, когда моя внутренняя слабость не поддавалась привычному здоровому ритму, и я была вынуждена изо дня в день бороться, капля по капле отвоевывая у болезни свою жизненную силу и энергию.
Словно в унисон моему немому радостному крику в небо запела Анна Нетребко.
— Ну что? Как дела в больнице? — спросила Джулия в нетерпении. Ее тоже порядком тяготила эта медицинская эпопея.
— Все как нельзя хорошо! Я официально выписана!
— Ну слава всем святым! Поздравляю! — выдохнула подруга. — Когда тебя забирать?
— Мы решили с Авророй сегодня упаковать вещи. Потом я хочу помочь ей привести квартиру в порядок, хотя она сопротивляется и мотает головой. Так что если у тебя будет возможность, давай завтра в обед? Сможешь отпроситься на работе еще на час?
— Без проблем! У меня и так переработок уже на несколько дней скопилось.
Я ехала в машине и тихо улыбалась.
— Счастлива? — услышала я тихий голос Авроры.
— Очень. Чувствую себя птицей, которую выпустили на свободу.
— Надеюсь вы на меня не держите зла?
— За что? — удивленно посмотрела я на нее.
— За мой деспотизм.
— Благодаря вашему деспотизму, я здорова, — усмехнулась я.
— Ты жива… — задумчиво произнесла она.
— Все было так плохо?
— Очень, — немного подумав, произнесла она. — Мы опасались плеврита или, того хуже, отека легкого. Были все предпосылки, и показатели в анализах не радовали.
— Это хорошо, что я не осознавала до конца всю степень тяжести… — нахмурилась я и добавила: — И теперь понятно, почему в октябре, когда я заболела пневмонией, доктор Митчелл и мой отец настояли, чтобы я взяла академический отпуск в Университете.
Я грустно усмехнулась, вспоминая, как отец лично ездил в универ, оформлял заявление и предоставлял справки, а я злилась, упиралась и не хотела понимать, зачем упускать год своей жизни.
— Только не подумайте, что я пугаю, — между тем продолжила Аврора, — просто хочу посоветовать не пренебрегать своим здоровьем, и если возникнут малейшие проблемы, обращайтесь в больницу.
— Хорошо. Спасибо за совет, — и, посмотрев на строгий профиль Авроры, вздохнула: — Мне будет грустно с вами расставаться. Вы добрая. Настоящая.
