– Только попробуй не назвать…
В его голосе слышалась явственная угроза. Многообещающая. Катя приподняла кверху брови. В спортзале, в том месте, где сидели мужчина и молоденькая девушка, воздух начал сгущаться. Катя не испугалась угрозы, только не этой.
Внизу живота появилась привычная вязкая тяжесть, а в трусиках намокло. Катя даже интуитивно захотела поменять позу, свести бедра, потом передумала. Для Руслана сжимание бедер будет, как призыв к действию.
Но, кажется, и это не поможет. Катя уже знала взгляд, которым Руслан на неё смотрел.
Тяжелый, пронзительный, пробирающийся в самую душу. На дне которого плавилось желание. Бороться с ним он не будет.
Вот, казалось, мужик только что отпахал в спортзале пару часов. Он пришел заниматься раньше Кати, та ещё нежилась в кровати и отходила от утреннего секса. Нате вам, пожалуйста, снова возбудился.
Точно не человек.
– Назову. Обязательно.
Они смотрели друг на друга. Катя – не таясь и не зажимаясь. Коваль – более испытывающе. Что пытался в ней разглядеть? Затаившуюся депрессию.
Нет её, Руслан Анатольевич. Оставлена где-то по дороге.
– Я кофе хочу.
Непонятно, что больше удивило Катю. Резкая смена темы или мальчишечья улыбка Коваля.
Последнюю она воспринимала, как нечто нереальное. Улыбка Руслана преображала. Когда человек постоянно улыбается, быстро привыкаешь. Тут же каждая улыбка, как дуновение свежего ветра. Смягчалось всё, от уголков глаз рассыпалась сеточка мелких морщин, и возникала смутная потребность до них дотронуться, погладить.
Мягче становились и общие черты, пропадала жесткость. Губы не сжимались, пропадала опять же линия, что делала их суровыми.
С таким улыбающимся Ковалем хотелось общаться. Говорить. Негромко, чтобы не спугнуть меняющуюся атмосферу. И, может быть, даже рассказать о сокровенном – о переживаниях, о мечтах. О том, что греет душу.
– Я могу приготовить.
– Пойдем мокрые и ароматно пахнущие на кухню?
– А кто нам помешает?
Руслан пружинисто поднялся, протянул руку. Катя приняла её.
Как только девушка оказалась на ногах, Руслан сразу же прижал её к себе."
"– И ты меня больше ничего не хочешь спросить по поводу вероятной беременности?
– У меня плавающий цикл, а после болезни может и вовсе сбиться на неделю-две. И да, я ничего больше не хочу спрашивать.
– Даже странно. С твоей тягой к уточнению.
Катя подняла руку и дотронулась до полотенца.
– Ничего странного. Я подумаю, обмозгую полученную от тебя информацию, потом пристану заново.
