Автор
В темноте трассы, где обычно лишь сельская природа встречает возвращающихся домой, дед внезапно обнаруживает необычную картины — белое платье на обочине. Его сердце колотится так быстро, что кажется остановилось, но невольное вздрогнутое мгновение лишь усиливает странность ситуации. Девушка в белом платье лежит там, где не должно быть человека — и дед Семен на миг теряется в догадках, прежде чем решительным жестом снова развернуть машину....
Через пять минут Руслан достал кнопочный телефон, нашёл в адресной книжке нужный номер и нажал на вызов. Дождался ответа и коротко сказал:
— Коваль беспокоит.
* * *Катя умирала.
Она не знала, что с ней происходило. Ничего хорошего — точно.
Она лежала на кровати, свернувшись клубочком, и тихо постанывала.
Как же больно…
Болел низ живота. Сначала тянуло, теперь появились спазмы. Казалось, у неё внутри всё разрывалось.
Она не притронулась к еде, что ей принесли от Коваля. Только пару сладостей съела.
Трусики надела.
Каждое движение отзывалось тяжестью внизу живота. Сначала Катя даже решила. что это последствия ночи с генералом. Не подготовлена и так далее, и тому подобное. Да, было по принуждению, от разрыва девственной плевы она не получила ничего, кроме неприятных ощущений. Но даже она со своей неопытностью понимала: её не порвали, с ней не сделали ничего такого, через что проходили многие другие. Да, без ласки. Насильно. Но не жестоко. Частично на сухую. Опять же — внутренние органы не травмированы.
Тогда почему она с трудом сдерживается, чтобы не заорать?
Про душу и про то, что в ней творилось, Катя не думала. Не та ситуация. Когда ты находишься в следственном изоляторе, как-то не до щепетильности. Катя предпочитала максимально трезво и объективно оценивать ситуацию.
А прошедшую ночь — забыть…
Что было, то было.
Впереди — колония. Там будет пожестче.
Катя очень надеялась на поселение. Вдруг… У неё первое серьезное преступление, ранее она не привлекалась.
Несколько лет жизни у неё заберут.
И это правильно. Она же забрала жизнь у другого человека.
Катя зажмурилась. Чей-то отец. Муж Сын. Самое страшное для Кати — увидеть родственников того мужчины. Вот к этому она совершенно не готова. Но на суде придется."
"Катя тихо застонала, боль снова резанула, заставив её поджать ноги выше.
Звук открывающейся двери заставил Катю приподнять голову.
Потапов.
Мужчина входил в камеру по-свойски. Распахнул дверь. задержался в дверном проеме, сосредоточив внимание на единственной занятой койки. Потапов находился на довольно приличном расстоянии, и Катя не могла видеть его взгляда.
К лучшему. Капитан сделал несколько шагов вперед. закрыл с глухим стуком дверь.
Кате показалось, что в его действиях проскальзывал сдержанный порыв — он бы с удовольствием хлопнул дверью, да железо с крепкими петлями не позволяло побуянить от души.
