Страстное бормачивание у стола нового исполняющего обязанности шефа заставило меня понять: все было налажено до последней недели. В понедельник Дмитрий Саныч объявил о продаже компании, и теперь новый шеф Стас Михалыч был бессилен изменить этот хронологический акцент. Как Паша мог уйти? Это была черная комета в моем мирке, разрушая планы и надежды сутолокой бездействия....
Мы дружно убрали со стола, и новые родственники разошлись по своим комнатам.
Демьян подошел ко мне, положив ладони на бедра и сказал:
–Переодевайся и поехали.
Я поднялась наверх, сменив легкий сарафан на джинсы и футболку, собрала волосы и со счастливой улыбкой вышла к своему мужчине.
Была глубокая ночь, фонари в этой части города не горели, но полная луна давала достаточно света.
Демьян крепко прижимал меня к себе, держа ладонь на талии, пока вел к своему байку. Протянул шлем, помогая застегнуть, надел свой и перекинул ногу через сиденье, жестом показывая устроиться за ним.
Я сделала что велено, с удовольствием прижимаясь грудью к спине мужчины и прикрывая глаза. Снова пришла шальная радость, предвкушение свободы, которая накрывает, когда Дёма набирает скорость.
Мы ехали долго, но я наслаждалась каждой минутой. Гордеев управлял байком так, словно они одно целое. И в тот момент я поняла для себя, что готова терпеть его маму, сестру, да кого угодно, только бы оставаться с ним рядом! Он стал моим всем – другом, любовником, женихом.
Гордеев выехал за город, проехал немного по трассе и свернул в лесополосу. Еще несколько минут по неровной дороге, и мы оказались на крохотной полянке у обрыва, откуда открывался потрясающий вид на город.
Демьян помог мне слезть с байка, забрал шлем и взяв за руку, повел к обрыву, встал за спиной и прижал к себе.
–Нравится? – прошептал, опаляя кожу горячим дыханием.
–Очень, – выдохнула я и почувствовала руку Демьяна на животе, медленно поднял выше, задирая лифчик, сжал пальцами сосок, слегка выкручивая. Я откинула голову назад, расслабляясь в его объятиях.
Мужчина повернул меня к себе лицом, целуя, язык тут же вторгся в мой рот, сплетаясь с моим в диком танце. Я закинула руки Демьяну на плечи, отрываясь от его губ и целуя шею, втянула мочку уха, нежно посасывая, с удовольствием наблюдая, как учащается его дыхание, опустила ладонь мужчине на грудь, чувствуя хаотичное биение сердца.
"Гордеев промычал что-то невнятное, расстегнул ширинку джинс и накрыл ладонью уже ноющий клитор. Провел средним пальцем по самому чувствительному местечку, вызвав глухой стон, задвигал им быстрее, отчего у меня подогнулись коленки. Упасть не дал, другой рукой прижимая к себе.
Я осмелела, повторила его маневр с ширинкой, обхватывая ладонью пульсирующий желанием орган. Демьян дернулся и выдохнул сквозь зубы.
