Страстное бормачивание у стола нового исполняющего обязанности шефа заставило меня понять: все было налажено до последней недели. В понедельник Дмитрий Саныч объявил о продаже компании, и теперь новый шеф Стас Михалыч был бессилен изменить этот хронологический акцент. Как Паша мог уйти? Это была черная комета в моем мирке, разрушая планы и надежды сутолокой бездействия....
–Николай Николаевич, это же супер стильно, – заверил его мой лучший друг, – так, девочки, пока все трезвые, нужно фотографироваться. Отошли к лестнице и медленно движемся ко мне. -Мы радостно взвизгнули, развернулись и поскакали к лестнице.
Следующие пол часа Илья фотографировал нас со всех возможных ракурсов, пока за окном не послышалась громкая музыка. Ворота открылись, пропуская автомобиль Демьяна. Я замерла, дыхание сбилось, а сердце забилось так быстро, словно хотело выскочить из грудной клетки. Я облизала пересохшие губы, не моргая глядя на своего мужа, который не спеша выходил из машины.
Гордеев выглядел просто потрясающе! Голубые джинсы и тонкая белая рубашка, с закатанными до локтя рукавами. Но самое главное – его глаза. Они светились счастьем. В душе защемило от нежности, губы сами расплылись в широченную улыбку.
Когда они с Михаилом вошли и Демьян увидел меня, то гулко сглотнул, с ног до головы оглядев мгновенно потемневшими глазами.
–Миленько, – польстил мне Никитин, – поехали, нас ждут, – нетерпеливо помахал он рукой.
Мы дружно расселись по машинам и поехали праздновать.
Ресторан Никитин выбрал в свое излюбленном стиле – шикарный и пафосный. Демьян пригласил нескольких ребят из отдела и Дим Саныча с Толиком. Всех усадили за один большой стол, во главе которого устроились мы с Демьяном. Муж почти не отпускал меня от себя, то крепко прижимал, целуя в висок, то просто держал за руку.
Мы повеселились от души, несмотря на отсутствие ведущего. Натанцевались так, что ноги гудели, а щеки болели от смеха. Разъехались практически под утро, счастливые и обессиленные. Через два дня мы провожали родителей Гордеева в аэропорт. Анна Сергеевна, как всегда была недовольна, зато Глеб Максимович крепко меня обнял и тепло попрощался. Диана просто задрала нос и молча прошла мимо. Отвозил родственников Демьян без меня, я осталась дожидаться его дома.
ЭПИЛОГ
10 месяцев спустя.
Я завтракала, сидя в просторной кухне нашего нового дома. Гордеев правдами и неправдами уговорил хозяев нашей арендной жилплощади ее продать."
"–Приятного аппетита, – пожелал муж, появляясь на пороге, – что ты ешь? Мороженое? – взял ложку, зачерпнул чуть талое мороженое, скривился, поперхнулся и выплюнул, – Кира, это что?
–Пломбир с соленым помидором, – с набитым ртом отвечала я, – очень вкусно.
–Когда ты уже родишь? – закатил глаза Демьян.
