Автор
Светящиеся карты в руках Олега взмокли от нервов. Руслан с жадностью уставился на них, как будто они были ключом к чем-то неведомому и ценезному. Кристинина физиономия излучала спокойствие, но глаза скользили по картам, словно искали какой-то важный подтекст.
Очерченная бровь мужа поползла вверх. А я, проглотив тягучее смятение, качнула головой."
"– Неужели ты не замечаешь, как все изменилось?… – В голосе прорезались истеричные ноты. – Если… если тебе плевать, то мне нет! Я знаю, как безумно ты любишь детей, но ведь в твоей жизни есть еще и я!..
Неожиданно Олег склонил голову и прищурил взгляд. Затем рывком поднялся на ноги, заставив меня отшатнуться.
– Я понял, к чему ты ведешь, – отрезал он стальным тоном. – Но пока не загналась далеко, лучше остановись и выдохни.
Взгляд, полный горечи и гнева, замер на лице мужа. Дыхание перехватило, а разочарование ударило по сердцу наотмашь. Слезы навернулись на глаза, но я упрямо их сдержала. А затем сделала то, чего сама от себя не ожидала… Сжала зубы и ударила мужа. Кулаком в грудь. Там, где болит и ноет. Там, где жжет и царапает.
Олег даже не дернулся, лишь взгляд накрыла темная поволока и хмурое недоумение. А я ударила еще раз и еще… пока не начала яростно колотить, точно пыталась пробить его броню во чтобы то ни стало!
Конечно, в какой-то момент ему это надоело.
– Пусти!.. Пусти меня!.. – рычала я, пытаясь вывернуться из крепких тисков.
Но вместо этого Олег запустил руку в мои волосы, чтобы прочно зафиксировать голову и заставить смотреть на себя.
– Угомонись, женщина! – рявкнул, строго глядя на меня. – Детей разбудишь.
Встретившись с зелеными глазами дьявола, я все же закусила губы, подавляя свое возмущение и понимая, что он прав… Но продолжала упрямо извиваться до испарины на коже, пока, в конце концов, совсем не обмякла.
– Что ж, радость моя, давай поговорим, – произнес он предостерегающим тоном.
Несколько мгновений я в упрямом негодовании смотрела на мужа.
– Лучше так, чем продолжать делать вид, что все нормально, – выдавила обиженно.
Губы Олега превратились в тонкую полоску. Не отрывая от меня колкого взгляда, он не спеша отстранился и сдержанно произнес:
– Тогда больше не делай вид, Соня.
