Автор
Она готова была следовать за ним на край света, но вынуждена была бежать, сквозь слёзы и обиду. Для него она лишь красивая кукла, инструмент мести его брату. Для неё он — весь мир. История о страсти, предательстве и цене любви, когда один человек значит больше, чем собственная жизнь.
Раздел Chitat.online для книги «Девочка Грешника» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Она готова была следовать за ним на край света, но вынуждена была бежать, сквозь слёзы и обиду. Для него она лишь красивая кукла, инструмент мести его брату. Для неё он — весь мир. История о страсти, предательстве и цене любви, когда один человек значит больше, чем собственная жизнь.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Она готова была следовать за ним на край света, но вынуждена была бежать, сквозь слёзы и обиду. Для него она лишь красивая кукла, инструмент мести его брату. Для неё он — весь мир. История о страсти, предательстве и цене любви, когда один человек значит больше, чем собственная жизнь.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И гордо удалился, в окружении двух здоровенных мордоворотов.
А между нами воцарилась тишина, нарушаемая только нашим тяжелым, рваным дыханием.
Крякнул глухо, приподнимаясь, а затем присел на бордюр рядом, рассматривая стертую кожу на кулаках. Скашиваю глаза. У Шахова ситуация намного хуже. Нормально так стесал об мою морду свои ручки. Ну и хуй с ним…
Отворачиваюсь. Дышу сбито и часто. За ребрами грохочет безбожно.
Слышу, как рядом присаживается тело. Скрипит там что-то на непереводимом. Материться в конце. А потом припечатывает общеизвестным фактом.
— Как же ты меня бесишь, Ветер, просто пиздец.
— Иди на хуй, Шах, — потираю я пробитый бок и морщусь.
— Есть сигарета? — глухо, с отчетливым пренебрежением.
— Я тебе весь штиблет разбил, какое тебе курево, упоротый ты дебил?
— Дай, — протягивает руку.
— Держи, — достаю из заднего кармана джинсов потрепанную пачку.
При Соне старался не курить, но без нее я плотно подсел на это дерьмо. Только один хрен не помогает, надо бросать.
— Че надо тебе от нее? — задает Шах вопрос, шумно затягиваясь никотином.
И я зеркалю его действия, выдыхая простую истину:
— Нужна.
— Зачем?
— Люблю.
— Для меня это вообще не аргумент.
— Срал я с высокой горы на твои аргументы, Шахов.
— Тебе не хватило, засранец ты мелкокалиберный?
— Шах, ты хоть понимаешь, что из-за всей этой нашей хуйни пострадала Соня? Я виноват, ты виноват. И че, блядь? Будем дальше продолжать разборки в духе Монтекки и Капулетти, пока реально кто-нибудь не представится, да? — выдыхаю я вопросы глухо, ловя ментальный удар под дых.
Но Данил ничего не отвечает, только молча курит. Нервно. Дергано. Видно, что парится. Я тоже не в себе. Но, в отличие от него, я готов менять себя ради девушки, в которую влюбился по самые помидоры.
— Десять минут, — констатирую я факт, смотря на наручные часы и мы синхронно встаем с бордюра, издавая тихие охи.
Да, помяли друг друга зачетно. Оба забойные красавчики. Хоть сейчас на обложки глянцевых журналов.
Кряхтя, ковыляем до дома. Последний раз я был здесь, когда мы учились в девятом классе. Снаружи дом почти не изменился, но вот внутри да. Современный, роскошный, немного вычурный интерьер, но я почти его не замечаю. Жадно оглядываюсь по сторонам, в надежде, что Соня выйдет ко мне, увидит, что я весь знатно потрепанный.
Приголубит.
— Можешь не высматривать, — бурчит Шахов, — она тебя презирает.
Боль. Адская. И я снова почти падаю в персональное чистилище, но успеваю ухватиться за здравый смысл. Если я раскисну на половине пути, то ничего хорошего из этого не выйдет. Я ее люблю. И Соня меня тоже! Все, нам теперь только вместе! А за то, что я наболтал пусть сама меня чугунной сковородой возмездия отходит пару раз, но только не морозится.
