Автор
В Девочке Каина события рушат все предрассудки и стереотипы, как внезапный шок для главной героини Настя, вынужденной признать свое браком несуществующую связь с мужем. В центре сюжета — жестокий переосмысление отношений и правил поведения, вызывающий революцию в ее внутреннем мире....
Вот на этой ноте мое и так уже подходящее к точке кипения терпение лопнуло, как воздушный шарик на детском празднике.
— Ты сейчас серьезно? — с трудом удавалось говорить спокойно. Нет, этот…даже не знаю, как его назвать, еще и сцены ревности закатывать мне собирается? Царапина на своей шее плохо разглядел? Или со зрением беда?
— А похоже, что я шучу?
Возможно, если бы не звонок его бывшей среди ночи, я бы сейчас даже попыталась его понять. Принять его претензии, его ревность. Но красные полосы на его шее не оставили ему никаких шансов избежать столкновения.
— А ты не обалдел? — взорвалась и меня понесло, держите семеро. — У тебя вообще совесть есть? Ты в зеркало давно смотрелся? Я полночи себя изводила, места себе найти не могла, пока ты шлялся непонятно где. Сначала ты меня динамишь, потом днями напролет не появляешься дома, а вишенкой на торте тебя вдрабадан пьяного привозят домой измазанного помадой и с царапинами на шее. Знаешь что, Каин, а не пойти бы тебе в задницу, да так, чтобы со свистом, — вскочив из-за стола, уже практически выбежала из кухни, когда до слуха донесся утробный рев.
— А ну стоять!
Надо было послать его еще дальше, чтобы понял. Не дошло, видимо. Пока думала, куда бы его отправить, муж оказался возле меня. Обнял сзади, прижимая к себе и окутывая пространство вокруг запахом геля и шампуня. Что странно, перегаром от него не несло.
— Насть, — прошептал, прикусывая мочку уха. Ну как так, ну вот почему стоило ему прикоснуться ко мне, произнести это долбанное «Насть» и я слова сказать не могла.
— У тебя что-то с ней было? — выдавила из себя, не понимая до конца, хочу ли слышать ответ.
Он не стал бы врать, в этом я была уверенна. Как и была уверенна в том, что, если ответ будет положительным, я просто вычеркну его из своей жизни. С кровью, с мясом, но вырву из своего сердца. Я простила его тогда, когда наш брак еще был фиктивным, дала нам шанс.
— Настя, — развернул меня, заглянул в глаза, но продолжил молчать. А меня каждая секунда его молчания почти до истерики доводила. Только отчаянный стук моего собственного сердца нарушал угнетающую тишину. А Каин продолжал молчать, и его молчание было красноречивее любых слов.
— Отпусти меня, — прошипела, и начала вырываться их крепких тисков.
