— А вы знали, что у него есть женщина в Германии?
— Лили, ну какая женщина… — то ли спрашивая, то ли отрицая, скептически произнесла Эльза.
— Вот вы мне не верите, а зря! — вновь рассердилась я на Эльзу за то, что она не понимала столь очевидных фактов.
Эльза никак не отреагировала на очередное мое заявление и только вздохнула, поплотнее укутывая меня в халат с логотипом клуба.
— Но я даже рада, что она со мной познакомилась, — хихикнула я, уворачиваясь от рук Эльзы, — она мне помогла избавиться от этой любви!
— Если бы с помощью алкоголя можно было избавиться от любви… — вздохнула она, распуская мои волосы, стянутые в тугой хвост.
— А я говорю, избавилась! — безапеляционно парировала я.
Эльза вновь промолчала, а я, решив больше не спорить, поцеловала ее в щеку и, свернувшись калачиком на сиденьи, опустила голову на ее колени. Услышав, как она вздохнула, я вопросительно посмотрела на нее, не понимая ее настроения, но тут же почувствовав ее мягкую ладонь в своих волосах, улыбнулась. От этого приятного ощущения я закрыла глаза и, прежде чем отключиться, услышала успокаивающий шепот ""Все будет хорошо, родная… все будет хорошо"".
* * *"
"Проснулась я от какого-то постороннего шума. Открыв глаза, я попыталась пошевелиться, но задача была не из легких — каждое мое движение отдавалось головной болью, словно по моей макушке и вискам били тяжелыми молотками. Я облизнула губы и поморщилась — в горле першило, а во рту наряду с каким-то неприятным запахом все пересохло, будто я страдала от жажды не меньше недели.
Осмотревшись по сторонам, я осознала, что лежу в своей спальне на вилле. Откинув легкое шелковое одеяло, я обнаружила, что спала в одном нижнем белье и майке Ричарда, которую держала под подушкой. ""Когда я успела переодеться…"" — нахмурилась я, но учитывая, что моя память еще не проснулась, вопрос был скорее риторический.
— Черт, откуда доносится это жуткое жужжание… — пробормотала я и, превозмогая адскую головную боль, медленно села на постели.
Закрыв лицо ладонями, я попыталась сконцентрировать сознание на основных вопросах — почему я так хочу пить и почему у меня так болит голова? Нахмурившись от очередного приступа головной боли, я потерла лоб, и мои пальцы нащупали подстриженную челку. ""Господи, а это откуда?!"" — испугалась я, но краем сознания начала вспоминать салон Алека. Я скептически рассматривала подстриженные пряди, и на данный момент радовало только одно — моя память нехотя, но начинала просыпаться.
— И все-таки что это жужжит? — недовольно нахмурилась я, пытаясь сосредоточиться, теперь уже на звуке.
Не без труда повернувшись в сторону шума, я наконец поняла, что на тумбочке светится мой телефон.