Автор
В уютной гостиной клуба начинается вечеринка, где каждая танцовщица и каждый джентльмен обладает своей особенной изюминкой. Девочка с неуместным элегантизмом выходит на центральные виражи под тихую электронную музыку, олицетворяющую романтическое бездействие и глубину чувств. Казалось бы, идеальное место для того, чтобы забыть об обычной жизни за минутами блаженства — но только не для тех, кто думает, что может всё изменить в одночасье....
Здесь, такое, конечно, не принято, но я подумала, что…
— Ну понятно… — с облегчением соотнося Гордеева и этот детский сад, фыркнула я. — Дальше что?
Так вот, в тот день она навертела ему из двух полотенец целого крокодила на полкровати, искренне надеясь, что уж это-то точно заставит его обратить на неё внимание. И он обратил: она как раз заканчивала уборку номера, когда Гордеев неожиданно вошёл и, вспылив за то, что она проигнорировала табличку «Не беспокоить», сразу же кинулся в спальню.
— Ну и как? — ревниво скривилась я.
— Да он его даже не заметил! Тут же выскочил стал меня лапать.
— Чего?
— Ну… вообще обыскивать, конечно, — ещё больше смутилась она. — Ну, ощупывать. Как в кино, знаешь? А мне, с одной стороны, страшно — так он взбесился! А с другой… — Замолчав, с загадочной улыбочкой пожала плечами.
Я фыркнула. Прекрасно её понимала! И если для такого удовольствия нужно всего лишь взбесить Гордеева крокодилом из полотенец — я даже была готова немедленно научиться таких делать.
Но оказалось, дело не в этом. Просто Нина обнаглела настолько, что в поисках чего-нибудь из личных вещей своего кумира залезла в его шкаф и обнаружила там конверт с фотографиями.
— Целая пачка! Вот такенная! — показала она пальцами пару сантиметров. — Ерунда всякая: какие-то люди, машины, дома. Да я и спёрла-то всего одну, на которой он был! Просто на память, чисто для себя, а остальные убрала, так же как они лежали.
Я рассмеялась. Глупо, конечно, но меня прям отпустило.
— Ты дурочка, Нин? Он вообще-то крутой секьюрити, и таких как ты насквозь видит! Он вообще всё замечает, и тебе ещё повезло, что он тебя не прибил на месте! — Говорила, и сама же обсыпалась мурашками от восторга. — А кстати, почему тебя до сих пор не выперли? Вам же, вроде, запрещено подниматься в вип-люкс? У нас там какие-то специальные тётки убираются.
— Да причём тут ваш люкс? Это всё в четыреста шестнадцатом было.
— В смысле, семейный комфорт? — не поняла я. — У Гордеева? Здесь, в отеле? Зачем?
— Ну, — ревниво поджала Нина губы, — наверное затем, что не только мне в ваш супер-вип нельзя ходить, но и его бабам.
— Каким ещё… — начала я, но замолчала. Понятно каким.
