Автор
В уютной гостиной клуба начинается вечеринка, где каждая танцовщица и каждый джентльмен обладает своей особенной изюминкой. Девочка с неуместным элегантизмом выходит на центральные виражи под тихую электронную музыку, олицетворяющую романтическое бездействие и глубину чувств. Казалось бы, идеальное место для того, чтобы забыть об обычной жизни за минутами блаженства — но только не для тех, кто думает, что может всё изменить в одночасье....
Мажорский мир в очередной раз выплюнул меня на обочину, но огорчало не это, а то, что прослойкой между его золотой жопой и дном типа меня — теми, для кого дружба дружбой, а табачок врозь, в данном случае оказались Сан Саныч и Галина. Ещё утром мы травили анекдоты и распивали кофеёк, а уже пару часов спустя один не смог закрыть глаза на свои дурацкие инструкции, а другая сделала вид, что не может притащить мне заполненный, но неподписанный хозяйкой бланк.
Отправилась к Махе. Ну а к кому ещё? Не к Толику же. Но и она встретила меня воинственно:
— Что это было?! Почему Каринка обвиняет меня в том, что я ей в центр уголовницу сосватала?
У меня аж руки опустились и свалилась с плеча сумка.
— Я за тебя поручилась, Слав! Ты хоть понимаешь, что это значит? А если Каринка ещё кому-нибудь расскажет? Тебе что, вообще плевать на то, что я тебя чуть в свой круг не ввела? Я тебя в «Зажигалку» по личной випке провела! Ключ от своей квартиры доверила!
Она несла какую-то хрень, а я, убого опустив голову, с трудом сдерживалась, чтобы не зарядить ей обраточку.
— Это просто недоразумение, Маш. Карина твоя заистерила, ни хрена не разобравшись. А там фигня, административка по незаконной торговле. И это не ко мне вопросы, и даже не к Верке, а скорее к Толику. Меня просто для пояснения вызвали.
— К кому?
— Толику. Это Веркин работодатель. Хозяйн сети «Кул Вейп» от которой я тебе картриджи передавала. Верка там официально работает.
— М, — обхватила она себя руками. — Ясно.
Повисла непонятная пауза. Я всё ещё мялась у порога, вокруг, требуя срочного вечернего выгула, плясал Босс, но сдавалось мне, что не факт, что я всё ещё здесь работаю.
— Ну ладно тогда, — словно услышав мои мысли, смилостивилась Маха. — Если ничего серьёзного, то чего стои́шь? Бери собаку и иди гуляй.
— Маш… — внутренне сжалась я. — А ты можешь мне денег занять?
Она подкатила глаза, взялась за айфон.
— Только в счёт зарплаты. Сколько?
— Стольник.
— Баксов?
— Рублей. Сто тысяч. — И глядя, как она зависла с занесённым над экраном пальцем, сложила ладони у груди: — Серьёзно надо, Маш. Очень!
— И… где же мне тебя потом искать? — насмешливо кивнула она на мой баул со шмотками.
Я, вспыхнув, поддёрнула сумку подальше за спину.
— Это не то, что ты думаешь! Я не съезжаю, просто старое барахло разбирала, хочу в приют завезти.
— Похвально. — Отбросила она айфон на тумбочку. — Но у меня сейчас нет денег. Сорян.
