Сердце заходится. Не разбирая дороги, пробираюсь сквозь шумную толпу, чей гомон рикошетит по ушам.
Господи, какой кошмар!
Слышу голос Паши и Дани. Они разгоняют зевак. Не хочу, не хочу больше находиться здесь! Что я всем им сделала? За что они так со мной?
Залетаю в школу, несусь по коридору и прячусь под лестницей. Сползаю по стене и роняю голову на колени. Даже слез уже нет.
Отчего же так дурно. Отчего же так больно…
От несправедливости и жестокости этих детей.
— Недурно вышло, да?
Дергаюсь только от одного этого голоса, царапающего воздух.
— Что тебе надо? — спрашиваю, глядя на подонка снизу-вверх.
Такая злость меня затапливает! И как только земля носит таких, как он!
— Дальше — будет хуже, — предупреждает, приближаясь.
Следил за мной, видимо. В противном случае, вряд ли нашел бы. Школа у нас довольно большая.
— Чего ты добиваешься? Что тебе нужно, Ян? — задаю прямой вопрос, поднимая на него глаза.
— А что ты можешь предложить, — тянет недвусмысленно.
Опять начинает ту же шарманку. Вспоминая его подноготную, — неудивительно.
Делает еще шаг вперед, и я тут же поднимаюсь на ноги. Потому что не хочу сидеть перед ним вот так.
— Сядь. Мне нравится, — губы расплываются в полуулыбке, обнажая белоснежные зубы.
— Оставь меня в покое! — прошу настойчиво.
Нас с этим ненормальным разделяет от силы полметра. Волоски на теле встают дыбом, по спине ужом ползет липкий страх. У меня даже ладони потеют. Настолько неприятен мне этот маниакальный, пристальный взгляд!
Я вдруг понимаю, что на того же Беркутова мое тело реагирует несколько иначе. Да, оно напрягается, все рецепторы обостряются, но как-то не так все совершенно… Рядом с ним я не чувствую подобного отвращения.
Вжимаюсь в стену, когда Ян, склоняясь еще ближе, улыбается как чертов Джокер. Страшно. Пугающе. Как неадекватный.
— Не подходи ко мне! — мой голос дрожит, выдавая нервное напряжение, но какая разница! Все, чего я хочу, это чтобы он ушел.
Абрамов — это тот случай, когда ситуацию не спасает даже привлекательная внешность. Уж слишком он гнилой и мерзкий внутри.
— Что тебе нужно? Почему я? — очень волнуюсь и начинаю дышать чаще.
— Иногда даже грязь под ногтями заслуживает нашего внимания, — произносит он, разглядывая мое лицо.
Мне неприятна близость его тела. Я не хочу, чтобы он нарушал мое личное пространство.
— Завтра. В семь. На остановке. Ближайшей к твоему дому, — сообщает лениво. — проспект Строителей, да?
— Я никуда с тобой не поеду, — отвечаю твердо и качаю головой.
— Тебе же хуже, — жмет плечом.
— Делай, что хочешь, я не приду! — пытаюсь обойти его, но он мертвой хваткой цепляется за мои плечи.
— Терпение мое испытываешь, дрянь? — отклоняется чуть назад и смотрит оценивающе.