Ничего кроме завода и железнодорожной станции не видела, пока ехали.
— В центре есть. Магазин, правда, один. Школу, скорее всего, закроют в будущем году. Классы очень маленькие. В поликлинике только первую помощь оказывают. Всех остальных отправляют в соседнюю деревню, Жулебино.
— Печально, — констатирует Александра. — Гляди, свет горит.
— Идем в дом, — открывая калитку, зову их я. — Ульян, хватит нырять в сугробы, промокнешь, зай.
Она беззаботно хихикает. Встает и бежит к Роману с громким «А-а-а, лови меня, Рома». Я качаю головой и улыбаюсь.
— Чего это Беркут такой хмурый? — понижая голос, справляется Саша. — Реально, что ли, поругались?
Я отмахиваюсь. Она понимающе хмыкает. Подхожу к двери. Не заперто.
Ну вот сколько раз я ей говорила, что нельзя так делать! Ей богу, до сих пор будто в СССР живет.
— Проходите, ребят. Тапочки возьмите у коврика. У бабушки их тьма-тьмущая.
Мы дружной и громкой толпой заходим в дом. Ульяна при этом восседает на плечах «Конька-Горбунка», то бишь Романа.
Вот тоже, позволяет все, а ее ж потом не угомонить.
— Ба! — кричу я громко. — Гостей тебе привела, встречай.
Но она что-то не торопится. Небось, как всегда, на ночь глядя готовкой занялась.
— Ну и где ты? — скинув сапоги, иду в кухню. — Сюда проходите, ребят. Тут печка, чаю выпьем, согреемся.
Я так и застываю на месте, останавливаясь у порога как вкопанная. Рот открываю от неожиданности и в шоке смотрю на представшую картину.
— Как говорится, на ловца и зверь бежит…
— Ииилья? — сглотнув, пытаюсь взять себя в руки. Но то, что вижу, вряд ли может этому как-то поспособствовать.
Паровозов сидит за столом. Перед ним стоит тарелка борща. Рядом лежит пистолет. Парень раздет по пояс. Левая рука перемотана, повязка в крови.
— Здраа…сьте, баб Маш, — залетает в кухню растрепанная Сашка. — Оой.
Пялится сперва на Паровозова, затем на меня.
— Илья, что случилось? — первый шок проходит, и я начинаю засыпать его вопросами. — Где бабушка? Что с рукой?
Паровозов отодвигает тарелку. Смотрит будто не на меня, а поверх плеча.
— Ты, родная, не с того начала, — холодно отвечает он. — Не хочешь рассказать о том, как сильно скучала по мне? И поинтересоваться, куда пропал…
Сверлит тяжелым взглядом того, кто стоит за моей спиной. И даже Ульяна резко притихла, настолько некомфортная атмосфера тут царит.
— Илья, где бабушка? — с опаской глядя на пистолет, повторяю свой вопрос.
— Вернется скоро. К Степановне пошла. Че за персонажи? Не представишь? — склоняет голову влево и прислоняется к спинке стула.