– Одна тысяча долларов!
– Одиннадцать сотен!
– Кэсси, – предупреждает Джой.
– У меня есть стратегия, – настаиваю я. – Пусть они выдохнутся. Я так делаю со своими сестрами, когда они съели слишком много сахара.
– Тысяча двести! – произносит кто-то гнусавым голосом.
– Полторы тысячи. – Этот голос хриплый.
Оу. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на конкурентку, и приподнимаю бровь. Ладно. Это интересно. Та, что поставила больше всех на данный момент, – великолепная брюнетка, которая, похоже, не испытывает такой жажды, как остальные. Хотя ей явно под сорок. Так что теперь я в сомнениях. Тейт приказал мне не позволять ни одной хищнице победить. Но, может, именно эта милфа ему бы понравилась? Она сногсшибательна и не излучает никаких хищнических флюидов.
– Полторы тысячи раз…
Но я ведь и правда дала ему обещание.
– Полторы тысячи два…
– Кэсси, – шипит Джой.
Застигнутая врасплох, я выпаливаю первое число, которое приходит в голову, поскольку не следила за цифрами:
Джой изумленно смотрит на меня.
– Блин, подруга. Было полторы. Ты только что удвоила.
– Три тысячи, – каркает Большой Мальчик. – Самая высокая ставка за вечер! Кое-кто прямо-таки мечтает полюбоваться звездами!
– Три тысячи раз, три тысячи два…
Горячая брюнетка в другом конце зала хранит молчание.
– Продан за три тысячи долларов рыжеволосой девушке в зеленом платье!
Тейт лучезарно улыбается мне.
Я подавляю вздох. Ладно уж. По крайней мере, это ради благого дела.
– Значит, теперь я могу тобой командовать? – спрашиваю я позже. – Например, до конца лета?
Тейт фыркает на этот вопрос. Мы спускаемся к причалу дома Джексонов, где вода тихо плещется о деревянные опоры, а в воздухе жужжат насекомые. Сейчас одиннадцать тридцать, и ночь тихая. Я в мини-платье, оставила туфли на лужайке. Он снял пиджак и закатал рукава рубашки.
– До конца лета? Мечтай.
– Я только что потратила на тебя три тысячи. Прояви ко мне хоть немного уважения, ты, неблагодарное отродье.
– Три тысячи из денег твоей бабушки.
– Которые я однажды унаследую. Ну, вместе с моими родственниками, но все же, – ворчу я себе под нос. – Так это все? Я ничего не получу от этой сделки? По крайней мере, ты должен будешь исполнять роль моего слуги по выходным или типа того. Знаешь, надевать крошечные плавки и подавать мне напитки, пока я нежусь у бассейна.
– Ты пожертвовала деньги на благое дело. Разве этого недостаточно?
Он закатывает глаза.
– Ладно. Вот что я тебе скажу.