Автор
Сергей провожает грустные взгляды на безрезультатную работу главной медицинской структуры. Он объясняет коллегам о недовзятой эффективности выполнения плана в критический период, создавая атмосферу растущего раздражения и неудовлетворенности. Это начало истории о новой девочке — Зачем, которая внезапно оказывается на пороге этой взбудораженной бригады....
А вот фигушки, трахнул бы меня по пьяни и не вспомнил. Нет уж, не для козла мама ягодку растила. Хотя, никакой он не козел, в общем-то.
— Прости, — и больше ни слова не произнося, слегка пошатывающейся походкой, выходит из комнаты, не закрыв за собой дверь.
Он ушел, а я почему-то так и осталась стоять, как вкопанная. Женщины действительно дуры, нет, чтобы лечь в кровать и заснуть, я почему-то направляюсь в комнату Сережи. Наверное, убедиться, что он лег. Да, точно.
Не стучусь, просто аккуратно открываю дверь, в комнате по-прежнему горит ночник.
— Зачем пришла?
— Убедиться, что ты дошел и лег спать.
— Убедилась?
— Да. Ты так и будешь спать в одежде, на краю кровати с болтающимися ногами?
— Так и буду. У меня нет сил и желания переодеться.
— Тебе только штаны снять, хочешь, я помогу? — Сережа приподнимается на кровати, опираясь на локти.
— Слушай. Не пойму, ты издеваешься что ли? Вот только штаны мне сейчас не хватало снять. Брысь отсюда! — Гаркнул Сережа, надо же и язык не заплетается.
— Все, успокойся. Спокойной ночи, — прихватываю пустую бутылку из-под виски, бокал и выхожу из комнаты, закрыв за собой дверь. Спускаюсь на кухню, выбрасываю бутылку и только сейчас понимаю, почему не надо было снимать штаны. И все-таки я действительно бестолочь, теперь смеюсь уже я. Поднимаюсь наверх и ложусь в кровать. Несмотря на череду событий, засыпаю я довольно быстро.
Сережа
Просыпаюсь от того, что безумно хочу пить. Когда ж я так нажирался в последний раз? Кое-как разлепляю глаза, смотрю на часы и не верю своим глазам — одиннадцать утра! Приехали, блин.
— Доброе утро, — поворачиваю голову на голос Ксюши.
— Господи, а ты-то что здесь делаешь?
— Сижу. А тебе в головушку видимо сильно ударило, я Ксюша, а не Господи. Держи, — подает мне стакан воды. — Пьем и писаем, снова пьем и снова писаем, и так до тех пор, пока не выведем всю каку из организма.
— Ты меня уела. Один — один, — беру стакан и выпиваю залпом воду.
— В мою пользу. Так как ты дяденька взрослый, с тебя и спрос больше.
— Слушай, за воду спасибо, и давай на этом все. У тебя, конечно, прекрасный голос, но не трещи мне на ухо больше, — сажусь на кровати и обхватываю голову руками.
— У зайки болит, у мишки болит, а у Сереженьки пусть головушка не болит, — поднимаю взгляд на Ксюшу, которая гладит меня по голове.
