В темной комнате лишь свет лампы на столе манит Полину к брату, который таит в себе секреты. Затем постучали — знак ожидания чего-то непредсказуемого. А вечерняя гостья раскрывает занавеску над загадочным событием, которое поворачивает обычную жизнь на ровном месте.
Я прислушивалась к ночной тишине и уже не ощущала умиротворения от пения сверчков. Свернувшись калачиком, я прождала Рустама несколько часов — то в полудреме, то во сне, прежде чем он пришел.
Когда муж разделся и лег рядом, я почувствовала запах алкоголя. Я все еще была в обиде на Рустама. Он не мог говорить со мной так грубо.
— Ты пил? — прошептала я.
— Немного.
Поцелуй в висок стал неожиданностью для меня.
— Извини за грубость. Эмин уехал. Завтра мы заберем Диану и схватим Альберта.
— А Макс?
— И Макса найдем.
— А отец? Что будет с ними?
— Если твоего брата не остановить, то он посадит отца и Давида под статью о похищении. Ковалев придал огласку слишком громкому делу. Мама плачет. Карина ревет — то ли от счастья, то ли от горя. Или в совокупности.
— Маму жаль. Давай съездим к ним в гости?
Стараюсь не думать о том, что Карина тоже будет там.
— Съездим. Когда все закончится, родная. Я обещаю.
Глава 55
Весь следующий день я прожила в ожидании. Я не знала, когда мужчины поедут на дело, и это напрягало меня.
А ближе к ночи, когда Рустам решил, что я уснула, он начал тихо собирать вещи. Джинсы, ремень, футболка. Кобура. Он схватил все это в охапку, чтобы одеться за дверью. Он собирался уехать без меня.
— Рустам!
Муж направлялся к двери, когда я дала ему понять, что все вижу. Я быстро поднялась с постели.
— Почему не спишь? — спросил недовольно.
— Куда ты?
— Спи, родная. Я скоро вернусь.
Его голос был обманчиво нежен. Такому Рустаму доверять было опасно.
— Я поеду с тобой.
Мы оба нахмурились. Черты мужского лица заострились, на его губах даже появился оскал.
— Больше ничего не хочешь, моя девочка? — нарочито ласково.
— Ничего больше. Возьми меня с собой. Я не отпущу тебя одного, Рустам. Побегу следом!
Недолго подумав, муж чертыхнулся сквозь зубы. И зло велел одеваться.
— У тебя две минуты! Не будешь внизу — уедем без тебя.
Я глянула в окно — там стояла непроглядная июльская ночь. По утрам, конечно, было холоднее, но платье я все равно отвергла сразу.
Внизу Рустам оценил мой выбор. Брюки и бордовая водолазка. Он успокоился и даже кивнул на стол, где одиноко стояла паста и разогретое мясо.
— Ты пропустила ужин. Чтобы все доела. Я машину прогрею. Температура низкая, куртку захвати.
Эта ночь была холодная. Во всех отношениях. Рустам говорил жестко — злился, что я у него не покорная.
