В темной комнате лишь свет лампы на столе манит Полину к брату, который таит в себе секреты. Затем постучали — знак ожидания чего-то непредсказуемого. А вечерняя гостья раскрывает занавеску над загадочным событием, которое поворачивает обычную жизнь на ровном месте.
И еле нашла опору — руки растерянно впились в жесткий ручник.
— Хватит ныть! Хватит, Полина!
Я спрятала лицо в ладонях, едва мужские руки пустили меня обратно на сидение. Он собирается внутрь дома. собирается вытащить Давида. Но он не успеет. Через несколько минут дом будет кишить полицейскими.
Звуки сирены разрывает холодный голос Рустама:
— При любом исходе ты в безопасности, поняла? Вы с моей мамой переедете в отцовский дом. Ты родишь, мама помогать будет. Денег полно. Карина с Максом рядом будут. Мы с отцом и с братом выберемся позже.
Басманов повторяет это как заведенный. Он уже все продумал. Брат за брата — это гордо, но он явно забыл обо мне.
— Я так не хочу, не хочу… — хнычу тихо, — это Давид похитил Диану. Неужели он думал, что ему все сойдет с рук? Почему ты тонешь вместе с ним?!
Погруженный в свои мысли, муж не отвечает. Только топит дальше, ближе к частному сектору Я боюсь продолжать, Рустам зол и ничего не желает слышать.
В рации раздается голос Леши:
— Рустам, мы видим ментов.
— Без понятия. Валите нахрен. Я разберусь, — бросил Рустам.
— Это засада, мы не успеем. Ты же не собираешься в это пекло?
— Именно туда я собираюсь успеть. Чуть дальше я брошу машину, а ты перехватишь мою жену и отвезешь домой.
Я вытерла слезы. Моего мнения не спрашивают. Леша вытащит меня из машины и увезет домой, где еще недавно мы с Рустамом были счастливы.
— Соваться туда — самоубийство, Рустам. Весь город на ушах стоит, они готовы устроить самосуд над всеми Басмановыми.
Рустам не отвечает. Бросает рацию назад и топит дальше. Из-за самосуда и топит. Не хочет, чтобы Давида растерзали в тюрьме.
Я всхлипываю, но тихо. Не хочу больше под горячую руку попадаться. Одну ладонь я так и не смогла убрать от лица, но другую к животу приложила. Мне не стоило ехать с мужем. Все равно не уберегла его.
Упрямый! Грубый! Он не думает о том, что наш ребенок может остаться без отца. Леша был прав, весь город стоит на ушах.
Но сейчас месть и братский долг заставляют Рустама топить дальше. Он еще горит надеждой вытащить брата.
— Тихо, Полина. Мы сейчас заедем с другого входа. Они не сунутся без наряда, дело громкое. Там тебя Леша заберет. И я вернусь скоро.
Мы не успеем все равно.
Но Рустам этого не осознает. В его глазах желание спасти брата.
