Никогда даже подумать не могла, что Борис с его занятостью, бесчувственностью заведет себе кота.
И вот, он прислал его мне.
И циники могут говорить, что угодно. Утверждать, что у Бориса нет ко мне чувств. Но дать мне кота, это ли не самая высшая форма доверия?
Хотя надо еще понять, кого кому доверили.
То, что это не мягкий, ласковый зверек, я осознала сразу. Бесполезно было его звать. Бесполезно пытаться с ним разговаривать. Он делал, что хотел. Он, даже будучи здесь всего два дня, принял эту палату за свой дом. А значит, как и любой другой кот, считал, что он здесь самая важная персона.
Стоит только медсестре не убрать вовремя лоток, он демонстративно ссал на дверь.
Стоило только принести еду не вовремя, как он начинал истошно орать.
Не могу даже представить, сколько должен получать персонал за возню с этим чудовищем. А ведь скоро я останусь с ним наедине.
На меня он не смотрел принципиально, но стоило мне закрыть глаза и погрузиться в тревожный сон, как он забирался на меня сверху, придавливал своей далеко нелегкой тушкой и начинал громко мурчать.
ВиктОр, с ударением на «о».
Точно, что француз. Такой же высокомерный и не терпящий возражений. Мы как-то встречали их в нашем ресторане, когда они приезжали на комбинат.
Уже дома, организовывая для него уютное гнездышко, я возненавидела всех котов на свете. Ему не нравилось все. В итоге спал он на моей кровати, а ел на моем столе.
Похоже, что я ему тоже не нравилась, раз он так упорно оккупировал мою территорию. Следы его когтей на моих руках лучшее подтверждение тому, что с ним лучше не спорить. Я смирилась. Даже с нежностью стала смотреть на его ежедневные закидоны. Он стал напоминать мне дедушку, которого любишь, не смотря на регулярное ворчание.
Но только спустя неделю я осознала, что он принял меня как должное. Правда дружбы это не гарантировало, скорее молчаливое перемирие.
Я с ним разговаривала.
И он порой слушал, мне так казалось. Иногда я на него кричала. И, конечно, я часто грозила, что пожалуюсь на него Борису.
На что он поворачивал ко мне наглую морду, вперивался серыми глазами, и я словно видела, как он вздергивает бровь, как бы говоря:
Шанс заслужить доверие и любовь Бориса, который подарила мне судьба в виде этого кота, я не упущу.
И спустя три недели совместного проживания, когда я была уверена, что знаю об этом чудовище буквально все, он смог меня удивить.
Сегодня я жду Бориса. Он звонил мне вчера, спрашивал, как я себя чувствую и сообщил, что будет дома вечером.
