Автор
Девочка, ты попала в невероятно драматичную историю, где каждая страница заставляет сердце забиться чаще. С тонким посылом о разочаровании и выборе между болью и надеждой — это роман не просто о любви и измене, но и о внутреннем решении.
— Ого, что еще ты обо мне знаешь? — приближаюсь к ней и ловлю прядку карамельных волос, что успела выбиться из идеально уложенной прически. Наматываю игриво ее на пальц, продолжая прожигать взглядом девушку. Вблизи она… ну пойдет. В штанах еще не твердеет, но уверен, как только стащу с нее эти чертовы офисные шмотки, мир сразу заиграет другими красками.
— Ничего, знаешь почему? — Диана не сводит с меня глаз, хотя в них не читает интерес, скорее там желание меня послать на три буквы. Вот же чертовка.
— И почему? — приглушаю голос.
— Потому что мимо, Кирилл, — она резко отворачивает голову, и прядь ее волос выпадает из моих пальцев. Диана обходит меня, словно самого скучного парня в мире. Она ничего не попутала? Я же не ее братец-засранец."
"— Эй, девочка, — кричу ей, не оглядываясь. — Обещаю, ты передумаешь.
— Никогда, — прилетает мне в спину хладнокровный ответ.
И я едва сдерживаюсь, чтобы не выругаться. Потом, правда, одергиваю себя и напоминаю, что месть — продукт, который подают холодным.
Глава 04 — Матвей
Стоит переступить порог квартиры, как я сразу слышу шум воды, доносящийся из кухни. Искренне надеюсь, что это не мама со своим очередным желанием изменить что-либо в моем доме. Но, к счастью, это не она.
— Бу, — шепчу на ухо сестре, которая крутится возле раковины.
Диана вскрикивает от неожиданности и тарелка из ее рук падает на пол, раскалываясь на части.
— Матвей! — сестра разворачивается и шлепает меня по груди.
Голубые глаза смотрят с укором всего мгновение, а затем загораются весельем и на губах Дианы появляется счастливая улыбка.
Если бы меня попросили описать мелкую, я бы назвал её комнатным цветком: безумно нежным, красивым и прихотливым. Такие цветы не выживают, когда их выставляют на улицу. Их листья начинают опадать, стоит только пропасть теплу.
— Ты напугал меня до чертиков, — Ди обхватывает мою шею руками и крепко прижимает к себе.
Отрываю ее от пола и кружу, отчего она заливисто смеется. У нас с мелкой разница всего год, а еще мы очень близки. Настолько, что, наверное, не смогли бы жить в разных городах.
— Прогуливаешь пары, сестренка? — ставлю ее на ноги и заботливо целую в лоб. С последней нашей встречи прошла целая неделя.
Она морщится и, фыркнув, отстраняется от меня. С самого детства ее бесил такой жест. Будто Ди маленькая девочка, к которой относятся со снисхождением.
