— И я бы не стала этого делать, но…
— Но?..
Оглядываюсь по сторонам, чтобы убедиться, что нас никто не слышит. Кофейня — не самое подходящее место для подобных разговоров. Порой думаю, что у меня развилась паранойя, и я в каждом прохожем вижу приспешников Артема.
— Он знает о нас с тобой, — признаюсь я, глядя Матвею прямо в глаза. — Он может разрушить мою жизнь по щелчку пальцев. Глупо было полагать, что этот человек оставил меня в покое. Все это время Артем следил за мной и видел нас в ту ночь, — кажется, что это было в прошлой жизни. — К тому же он сказал, что если я не заплачу, то может навредить тебе и…
— Подожди, — уверенным голосом прерывает меня Орлов. Мне почему-то кажется, сейчас он разозлится из-за того, что я так долго молчала, ведь все это время он был в опасности из-за меня. Но Матвей, в который раз доказывает, насколько я в нем ошибаюсь. — Ты планировала сама со всем этим разбираться?
— Н-ну да, — заикнувшись, отвечаю я.
Свободной рукой Матвей проводит по лицу и тяжело вздыхает. Трудно кому-то довериться и попросить о помощи, когда на протяжении стольких лет привыкаешь к тому, что можешь рассчитывать только на себя.
Взгляд Матвея смягчается, когда он вновь смотрит на меня и сейчас больше всего на свете, я хочу оказаться в его объятьях. Почувствовать опору, ту самую загадочную и мифическую мужскую спину, к которой я могу прислониться и на мгновение позволить себе стать хрупкой и ранимой. Могу перестать бояться.
— Я не знаю, что между нами. Мы провели вместе ночь, и после этого я не могу выкинуть тебя из головы. Если ты не захочешь быть вместе, что ж… Наверное я приму такой вариант, хотя и не уверен, — на его губах появляется мальчишеская улыбка и уголки моих губ непроизвольно дергаются. Его настойчивость сводит меня с ума. Честно говоря, если бы не Артем, то я бы давно перестала сопротивляться. — Но давай договоримся, что если он еще раз объявится, то ты сразу мне сообщишь.
— Матвей, ты не обязан…
— Дело не в том, обязан я или нет. Ты мне не безразлична и это единственное, что имеет значение, — признание так просто слетает с его губ, что у меня перехватывает дыхание."
"Он мой студент. Я нарушаю правила преподавательской этики и могу вылететь с работы не успев раскрыть и рта, чтобы попытаться что-то объяснить, но сейчас мне настолько все равно.
Пронзительные голубые глаза, смотря на меня с такой искренностью, что по телу разливается волна тепла и очередная льдинка оттаивает. Возможно, Матвей понимает, моя душа полна противоречий или просто не требует от меня ответного признания, поэтому подзывает официанта и расплачивается. Он помогает мне надеть куртку, а затем берет за руку и уверенным шагом направляется к выходу.