Рядом стоит фонарь, он светит прямо на нас, на Кирилла, и этот свет в сумраке ночи, создает какую-то невероятную магию ситуации. Два влюбленных человека вот-вот пересекут границу недозволенного, если мои интуиция, конечно, в очередной раз не подводит.
— Ты ужасная девушка, знаешь это, Ди? — Беркутов начинает говорить первым. Его глаза так искрят, что мне кажется, в них отражаются звезды.
— А ты ужасный парень. Мы квиты.
— Мне нравится, что ты не пытаешься соответствовать моим ожиданиям, — уголки его губ изгибаются в улыбке, пожалуй, слишком игривой. Она заставляет меня смутиться.
— Почему-то так получается только с тобой, — честно признаюсь ему, вспоминая Дениса, родителей, даже проклятый студсовет.
— Значит, ты сходишь по мне с ума и жаждешь понравиться, — в очередной раз Кирилл умело разбавляет ситуацию, заставив меня облегченно выдохнуть, и оттолкнуть на второй план переживания о семье и прошлом.
— Что насчет той девушки? — напоминаю я и вырываю, скорее с неохотой, чем с большим желанием, руку.
— У нас с ней было что-то вроде свободных отношений, — Беркутов говорит, не отводя от меня взгляда. Он не юлит, не пытается оправдаться, и я ловлю себя на мысли, что мне импонирует его честность.
— Было?
С губ Кирилл слетает тяжелый вздох.
— Орлова, я тебе сейчас скажу одну вещь, которая в принципе завершит этот разговор о моих бывших подружках.
— И что же это?"
"— Я верный пес хатико, который уже два или сколько там прошло с момента нашего официального знакомства, месяца ни с кем не спал. — Щеки от его фразы моментально заливаются румянцем, а сердце превращается в волчка, который бегает по кругу и виляет хвостиком. Я отвожу взгляд в сторону, прикусив кончик губы, и стараясь дышать размеренно, спокойно.
— У тебя нет ни одного повода для ревности, в отличие от меня.
— Что? — в удивлении я размыкаю губы, позабыв о своем волнении.
— Денис, с которым у вас все классно, который, мать твою, тебя обнимает и ласкает. Ди, — он приближается, кладет руку мне на шею, а большим пальцем проводит нежно вдоль скулы. Я замираю, сгораемая от нахлынувшей волны возбуждения. Тело осыпает табун мурашек, от которых перехватывает дыхание. Очередное новое чувство.
— И что ты хочешь услышать? — Кирилл проводит пальцем по моей нижней губе, отчего у меня замирает сердце. Кажется, я не дышу.
— Что бы ты бросила его, разве не очевидно?
— Кирилл, — шепчу я. Беркутов еще больше сокращает между нами расстояние, коснувшись меня лбом. Теперь его горячее дыхание щекочет мои губы, мы в сантиметре от того, чтобы сорваться в пропасть, но умело сдерживаемся. Это чувство напоминает попытку идти по канату, когда от каждого действия зависит твоя жизнь. И, черт возьми, это так захватывающе.
— Будь со мной, Ди. — Томным голосом говорит Кирилл.