Автор
Ян меня подталкивает, готовясь к последней порции малины. Подойдя к их машинам, я улыбаюсь уверенно: "Вывозьтесь уже, испортили мне всю малину своей трескотней." Ветров шутит о трех оставшихся днях и тик- tik, он вместе со своим партнером садится в свои тачки, отсчитывая последние моменты. Вот как раз то время, чтобы Она не смогла нарушить наш план....
Все, больше не бьется ничего в груди, только ноет в приступе тоски и жалобно скулит пустота.
Родители, спасибо им за тактичность, сразу с расспросами приставать не стали, да и час уже был поздний. Ага, отложили это дело на следующий день. Папа Веня на мои слова только подозрительно прищуривал глаза и нервно кусал губы, а вот мама вырвала из моих рук телефон и с умилением на лице рассматривала фотографии, что мы в огромном количестве наделали по ее просьбе.
— Ох, доченька, ну такая романтика, — ворковала над каждым изображением мама, а потом перевела взгляд на отца, нахмурила брови и выдала, — так, Веня, ничего не знаю, я тоже в Питер хочу!
— Да? А я думал на Мальдивы, — задумчиво почесал бороду мой родитель.
— И туда тоже не откажусь!
Ну а потом началась сессия и пришлось нам с Демидом окончательно вернуться в суровый мир. Правда накал нашей страсти этот аспект никак не погасил. Казалось бы, даже напротив. Просто сейчас это было напористо, нетерпеливо, иногда даже грубо, но всегда поистине прекрасно.
— Дем? — шепчу я ему.
— М-м? — отвечает и ласково целует мои пальцы.
— Можно тебя попросить?
— Все что угодно, — тут же кивает парень.
— Верни, пожалуйста, на место свой пирсинг.
— Я думал, что он тебе не нравится, — и взгляд его от чего-то сделался грустным.
— Ты плохо думал. Мне нравится в тебе все.
И уже на следующее утро я получила себе назад своего нашпигованного металлом Громова. И радовалась как шальная. Люблю же, ну!
Но вот наступил он — последний семестр — самый короткий, но от того не менее значимый для нас. Почти все свое свободное время я проводила теперь у Демида, а ночевать дома получалось все реже.
Очередная хмурая суббота.
