Автор
Ян меня подталкивает, готовясь к последней порции малины. Подойдя к их машинам, я улыбаюсь уверенно: "Вывозьтесь уже, испортили мне всю малину своей трескотней." Ветров шутит о трех оставшихся днях и тик- tik, он вместе со своим партнером садится в свои тачки, отсчитывая последние моменты. Вот как раз то время, чтобы Она не смогла нарушить наш план....
Но прошел год и Рената Аскольдовна вновь стала гордой носительницей фамилии Малиновская, хотя после развода вернула себе девичью — Мазур.
И вот уже мать поспешно просит собрать вещи, не бузить, не пререкаться и готовиться к новой жизни в столице. С папой. Ух и злая я была на нее. Ну, а чего нет? Мне, между прочим, и в Краснодаре хорошо жилось, и даже подработка появилась, которая приносила существенный доход на мои «хочу». А теперь вот, все брось, Агата, нацепи на лицо улыбку и, с барабаном на шее, шагай в светлое будущее.
Только вот не хочется. Мне и здесь было хорошо, в своей маленькой комнатушке, со стеной обклеенной теми местами, в которых я обязательно хотела бы побывать…
И вот уже самолет уносит нас из солнечного родного города на реке Кубань, в хмурую, затянутую смогом и тучами, столицу. Встречал нас аж сама папа Веня, с букетом алых роз для мамы и огромным белым медведем для меня. Как хрестоматийно, умереть-не-встать…
— Мне двадцать один, папа Веня, — неуклюже приняла я подарок и не удержалась от, душившего меня, яда, — ты с такими мишками опоздал на десять лет.
— Агата! — укоризненно вскрикнула мать.
— Ничего, Рената, она имеет право злиться."
"Бу-бу-бу…И так почти всю дорогу до моего нового дома, но я просто стиснула зубы и уговорила себя молча проглотить все это. Вот окончу институт, там и дышать легче будет.
Новая московская квартира была роскошная до тошноты, ну, знаете, такая из разряда «дорохо-бохато». Я бы посмеялась, если бы не было так грустно. И комнату мне выделили под стать всему интерьеру, будто бы я не девочка Агата из России, а сама принцесса Уэльская.
«Прилетела»
Это сообщение было для Пашки.
А потом был первый, в этой безразмерной квартире, завтрак, где мне сказали, что вопрос с моим переводом в новый институт дело решенное, что нет никакой необходимости закрывать разницу в программах и тратить теплые летние месяцы на зубрежку. И опять я вспыхнула как факел.
