Автор
Аня — вежливо отказывается от предложений посетить клуб, решив обставить себя приличиями. Но когда Лиза упоминает, что платят такую большую сумму за посещение тюрьмы на неделю, Аня начинает подозревать, что клуб работает с неофициальными провокациями. Джавед, хозяин клуба и верный друг Лизы, улыбается загадочно, а потом объясняет: пять миллионов — цена для особенных услуг, которые он готов предложить любому, кто захочет испытать нечто невероятное....
– Она не скучала, – Захар забирает у меня пульт, говоря низким протяжным голосом, – девочка нашла чем себя развлечь.
Дмитрий тянет меня за пояс халатика, запутываясь пальцами в завязках, а потом раскидывает их в стороны. Его крупная рука ложится на мой живот, он нежно его массирует. В это же время Захар начинает целовать меня в шею, нагло захватывая второй рукой грудь.
Эта молниеносная атака лишает меня сил к сопротивлению. Да и разве я могу сопротивляться? Просто сижу на диване между двух мужчин и выдерживаю их ласки.
Они обрушили на меня целый каскад нежных, ласковых касаний, ни разу не щипая и не дергая меня за соски или киску, просто гладили медленными круговыми движениями, захватывая меня в плен чувственных удовольствий.
Эти ласки обволакивали, погружая меня в гипнотический туман и забираясь контроль.
Они почему-то периодически переглядывались и загадочно хмыкали, обмениваясь какими-то тайными посланиями, а я не понимала, чего они хотят.
Только поражалась, как сильно реагирует мое тело.
– Ты здесь уже мокренькая, детка? – Дмитрий вкрадчиво шепчет на ухо, кусает меня за плечо, проскальзывает пальцами под трусики и ныряет в глубину моего тела, которое тут же прошивает молния.
Жар бросается в лицо. Дрожь охватывает всё тело.
– Ах! – только и могу ответить, слыша, как два хриплых смешка сливаются в один.
– Она пиздец какая мокрая, Захар, – рокочущим голосом делится с другом, – мои пальцы в ней просто утонули. Точно скучала. Потрогай ее…
А я не скучала. Я и не думала о них, вернее, о сексе с ними. Не хотела, не ждала, надеялась, что пронесет. Но они застали меня врасплох. Контраст между ожиданием грубого траха и этим нежным водоворотом ласок меня просто разоружил.
– Подожди, я еще не наигрался этими вишенками, – в свою очередь отвечает Захар, играясь с моими сосками. Его язык кружит по острым вершинкам, ударяет, лижет, я выгибаюсь, чтобы прильнуть к жадному рту. – Детка, давай снимем эту ненужную тряпку, – посасывая соски, одновременно стягивает с меня халат он.
Казалось, что меня трогают везде. Окружают собой. Силой, запахом, ласками. Присваивают.
