Мелисса сидела в роскошном房间里 отеля, борясь со страхом. Черная повязка быстро затемнила её зрение, предотвращая контакт с партнером по контракту. Этот ужасный опыт длился всего три дня, но они оставили глубокий след в памяти Мелиссы.
Я взял веревку и опустился ниже – на пол. Обвил тонкую, такую хрупкую шею, ровным узором, прошелся по рукам, перешел к пышной груди, сдерживаясь от того, чтобы снова не поиграть с сосками.
Позже.
Если заслужит, побалую ее позже.
Как я и обещал, завязывал не слишком туго – в первый раз, да кожа нежная. Только когда пустил веревку по центру одной груди, плотно прижал ею сосок и накрепко закрепил.
Потом проделал то же самое с другой грудью. И теперь малейший поворот, малейшее движение будет вызывать трение.
Девчонка вдохнула чуть глубже – и замерла, прислушиваясь к себе. Поняла, в чем дело, и сделала еще один вдох. Затем повела плечами, прислушиваясь.
Задышала часто, облизала губы, словно они пересохли… И с тихим стоном подалась вперед, навстречу этой непривычной ласке.
Хорошо.
Очень хорошо.
Теперь можно двигаться дальше.
И ниже.
Крест-накрест веревки на талии.
Еще ниже."
"Я продеваю веревку между ее ног. Чуть туже натягиваю, чтобы она раздвинула складки и коснулась чувствительного бугорка клитора.
Теперь запястья – за спиной, вынуждая ее прогнуться и выпятить пышную грудь.
Закрепил веревку и с удовольствием осмотрел свое произведение.
Красиво.
И девчонка красива. Разрумянившиеся щеки, влажные губы, приоткрытый рот. Она плавно двигает бедрами, почти танцует, знакомясь с новым ощущением.
Готова.
Можно начинать.
Глава 7. Мелисса
Я не могла понять, что именно чувствую в этот момент.
Когда он сказал про веревки, был страх, а когда на мне появились эти невидимые путы, все изменилось.
Даже мое учащенное дыхание приводило к тому, что веревка натягивалась, надавливая на сосок и поглаживая меня между ног.
Пока поглаживая…
Но стоило пошевелиться, как она впивалась в нежную кожу, надавливала на клитор, и это походило на ласку.
Неизвестность пугала, но вместе с ней было и предвкушение.
Оказавшись связанной, я не чувствовала боли – лишь отголоски легкого удовольствия. Которое сама же могла усилить.
Непривычно.
Но то, что за мной наблюдает мужчина, мне нравилось. И его дыхание, которое слышала, нравилось тоже. И его голос с властными нотами. И осторожность, с которой он опутывал мое тело.
По сути, у меня не было выбора.
