Мелисса сидела в роскошном房间里 отеля, борясь со страхом. Черная повязка быстро затемнила её зрение, предотвращая контакт с партнером по контракту. Этот ужасный опыт длился всего три дня, но они оставили глубокий след в памяти Мелиссы.
От того, что происходит с моим телом, стоит этому мужчине меня коснуться. И от того, что я испытываю при этом, хотя вроде бы не должна.
Солоноватый привкус во рту… Это должно было быть неприятно, отвратительно. Но нет. Наоборот, внутри разливалось сладкое, особое удовольствие от того, как я чувствовала каждый его вздох, каждый тихий стон и хрип надвигающегося наслаждения.
Да, призналась себе.
Если бы он захотел, если бы он позволил, я бы осталась в той комнате. И я хотела продолжить.
Странно, немного пугающе, но я готова была идти за этим мужчиной дальше.
Усмехнулась своим путаным мыслям. Взрослые девочки не говорят «это», так что…
Да, я хотела, чтобы он трахнул меня. Именно он. Хотела пойти с ним до конца и ощутить его член не только на своем языке, но и в себе.
Когда-то я мечтала, что моим первым мужчиной станет тот, кого я буду по-настоящему любить. И если бы тогда мне сказали, что я буду думать о члене мужчины, которого ни разу даже не видела, я бы не поверила, рассмеялась, поставила на кон все свои деньги, что это полнейшая чушь.
Но именно этот мужчина открыл для меня врата удовольствия. Именно он показал мне, как сильно я могу кого-то хотеть, и что любовь ни при чем. Он приучил мое тело к себе, даже сейчас, стоило вспомнить, как его губы сосали мои соски, и я чувствовала тепло между ног.
Мне нравились его развратные прикосновения, нравилось, что он доминирует, нравилась дрожь предвкушения, которая возникает, стоит услышать его властный голос или даже почувствовать, что он в комнате.
А еще, несмотря на некую грубость и власть надо мной, рядом с ним я чувствовала себя в безопасности.
Опасное чувство. Куда опасней желания, которое он во мне вызывал. Потому что еще никогда и ни к кому я не тянулась так, как к моему временному владельцу.
А дальше…
Не хотела думать, что будет дальше. Не хотела думать и о том, что мне уже его не хватает, хотя прошла всего пара минут, как я вышла из его комнаты.
Может быть, так и проявляется стокгольмский синдром? Когда разум дает сбой, остаются инстинкты, желания и привязанность, которой быть не должно.
Опустившись на кровать, откинулась назад, не чувствуя сил.
Кажется, сейчас меня отпустили надолго. Во всяком случае он сказал:
– Встретимся за ужином.
