Мелисса сидела в роскошном房间里 отеля, борясь со страхом. Черная повязка быстро затемнила её зрение, предотвращая контакт с партнером по контракту. Этот ужасный опыт длился всего три дня, но они оставили глубокий след в памяти Мелиссы.
Сначала этот наглый здоровенный мужик, который явно имеет отношение к Рэю и чуть меня не изнасиловал, а потом все это…
Я влетела в кабинет мистера Харрисона, не обращая внимания на секретаря, который чуть не бросился мне наперерез. Еще несколько дней назад я панически боялась Харрисона, но теперь страха не было, как будто эти три дня что-то сильно переменили во мне. А события этого утра помогли и вовсе отбросить лишнюю робость.
Перед мистером Харрисоном на стуле сидела тоненькая девушка с бледной кожей и длинными волосами.
– Мистер Харрисон, – с порога начала я, не обращая внимания на то, что здесь уже есть посетитель.
А что, этой девушке стоит узнать, чем может закончиться ее, как здесь уверяют, совершенно безопасное приключение!
Увидев меня, он переменился в лице, глаза забегали.
– Элис, подождите немного в приемной. У нас с Мелиссой есть кое-какие незаконченные дела.
Девушка послушно вышла, а на лице Харрисона образовалась кислая улыбка.
– Здравствуй, Мелисса… Садись. Может, попросить принести тебе воды или успокоительного чая? Я вижу, ты очень взволнована…
Взволнована? Да я в бешенстве! Он старался говорить успокаивающим тоном, но в его голосе отчетливо слышалась неприязнь.
– Так-то вы выполняете свои обязательства! – сказала я, начисто проигнорировав его предложение выпить чаю. – Вы отправили меня к этому… К этому громиле, которого я не знаю! И мои фото в интернете! Вы говорили про строгую конфиденциальность, что никто не узнает, а теперь об этом знает весь мир!
– Это не моя вина, – вкрадчиво проговорил он. – Дело в том, что моя договоренность была с директором нашего клиента, и он действительно не хотел, чтобы все это вышло наружу.
Мне показалось нелепым, что до сих пор Харрисон называет Рэя Бертона безликим клиентом. Да все уже знают, кто это был, и в самых подробных и унизительных деталях знают, что между нами было. О какой секретности сейчас можно говорить?!
– Что – сам клиент? – спросила я, чувствуя, как еще больнее сжимается мое сердце.
– Он не сказал нам, что ему нужны фото.
