– Давай больше не будем говорить на эту тему? Я прошу у тебя прощения…
– Ты не должна извиняться. Так случается. Понравившаяся девушка оказалась несвободной, – пожимает плечами Олег. – Неприятно, но не смертельно.
– Спасибо… Что не злишься. Мы можем остаться друзьями?
– Лили, ты так очаровательно краснеешь, разве можно тебе отказать? – усмехается Олег. – Но я хотел поговорить не об этом.
– Да? О чем же тогда?
– Дело в том, что со мной на связь вышел твой брат.
– Что?! – я буквально вскакиваю из-за стола, чашка, в которой кофе осталось к этому моменту уже немного, переворачивается. – Ох, ну вот же черт! – психую.
Олег подзывает официантку, та вытирает столик.
– Вам что-нибудь еще принести?
– Да, воды, наверное, – Олег смотрит на меня вопросительно. Я мотаю головой. Ничего не хочу. Голова кружится. Чертов Егор, ну почему даже простое упоминание о нем действует на меня как красная тряпка на быка!
– Лили, мне жаль… я не думал что ты так отреагируешь. Я плохо знаю Егора. Виделись пару раз. Марина нас представила, – объясняет Олег.
– Где ты его видел? Мой брат во Франции? – смотрю ошеломленно.
– Да. Он здесь и хочет увидеть тебя. Сказал, что у него есть сведения о матери. Прости, я жалею что тебе рассказал. Но ты же понимаешь, что нельзя рассказывать об этом Давиду. Он же Егора просто убьет. Раньше он его просто терпеть не мог, а теперь, после всего что наворотил твой брат.
– Да, конечно, я понимаю. Когда я смогу увидеть Егора?
– Ну, пока он лишь попросил узнать у тебя, готова ли ты встретиться. Он сказал, что хочет помочь. Вытащить мать, вас.
– Нас не надо вытаскивать. Мы живем у прекрасных людей. И я, и София, привязались к ним. Кристиана стала мне подругой, – говорю торопливо. Вдруг приходит понимание, что хотя Егор мне близкий родственник, а Крис никто, я предпочту остаться там где живу сейчас. Пусть даже у меня все очень зыбко с Ерихановым. Но ему я доверяю полностью. А вот брату не верб ни на грамм.
Но он знает о маме. Это совсем другое. Я безумно тоскую по ней. Знаю, что и София плачет иногда, думая о том, что может быть уже никогда маму не увидит. Это невыносимая ноша. Неподъемная для ребенка.
– Передай ему, что я очень хочу встретиться, – говорю торопливо.
Олег довозит нас обратно до дома, София засыпает у меня на коленях, вымотанная играми.
– Увидимся, Лили, – Олег выходит из машины.
– Нет. Моя работа с Дариной почти завершена. Снял себе номер в отеле.
Возможно, из-за меня. Чувствую себя неловко.