В глуши подвалы, где скрываются тайные двери, живут люди с самыми разными судьбами: от рождения до смерти. Здесь рождаются и умирают, любят и ненавидят, радуются и плачут. Минималистично разделенный третье помещение подчеркивает жестокую реальность - одни блоки для беременных женщин, другие — большие бараки для детей всех возрастов, где каждый вынужден управлять своей жизнью в условиях крайней непростоты....
– Глупая, нашла из-за чего плакать, твой хозяин вернется, он часто уезжает в командировки. Это его работа, представляешь, сколько ему нужно работать, чтобы содержать весь этот дом и детей? – женщина улыбнулась. – На, поешь, и хватит реветь. Слезами ты только себе хуже делаешь!
Диана подняла заплаканное лицо на служанку. А ведь она права. Диана не могла ничего изменить, у нее не было ни влияния, ни права слова, она могла только одно – подчиняться приказам Господина. А в остальном она была никем.
Обед был очень аппетитным. Сочный прожаренный стейк с нежным картофельным пюре, грибной крем-суп, крепкий чай с молоком и два кусочка ржаного хлеба.
– Ммм… как вкусно пахнет. – улыбнулась девушка, проведя носом над подносом. Прошлая служанка приносила ей совершенно не вкусную еду.
– Ешь, приятного аппетита тебе. Я зайду через час, заберу поднос. – Улыбнулась женщина и вышла из комнаты, не забыв закрыть ее на ключ.
"Диане было приятно, что с ней хоть кто-то общается. Та женщина, что приносила ей еду, зачастую, даже не здоровалась и не смотрела на нее. Диана ее боялась. А эта приятная леди очень милая и добрая. Впервые за долгое время, есть возможность поговорить с живым человеком! Рассказать, что твориться у нее на душе! Ей так хотелось простого человеческого внимания и сочувствия.
Диана начала, с жадностью, поглощать пищу.
Мирослава искренне полюбила эту милую, но глупую девушку, которую держали взаперти. Диане нравилось это общение и внимание, даже очень. Господин был довольно часто с ней добр, но это потому, что она его собственность. А служанка смотрела на Диану, как на человека, а не на вещь или игрушку. Это очень странные ощущения, чуждые Диане.
