В руки Карделии попал свиток с красной печатью. Мачеха верила в силу этого контракта и магии, описываемой его словами. Пергамент издавал легкий аромат древности, будто каждый захваченный текст скрывал тайны прошлого.
Последним пунктом был обет молчания, распространяющийся на информацию о деятельности магов Бездны и Совета. Вот так за один день я стала стажёром крупного и уважаемого государственного образования. А ещё телохранителем самого невыносимого и соблазнительного мага Бездны.
– Маркус, останься. Нужно кое-что обсудить, – бросил Вайлет, когда мы уже двинулись к выходу.
– Я лишь расскажу Карделии, где подождать.
Вайлет ничего не ответил. Так что мы без возражений вышли в коридор.
– Маркус, что всё это значит?
– Разве плохо, что мы будем проводить столько времени вместе?
«Плохо, – подумала я про себя.
Но вслух не сказала."
"Маркус объяснил мне, где находится комната отдыха, а сам вернулся в кабинет Вайлета. И я считала, что мы расстанемся после завершения контракта? Маркус делает всё, чтобы этого не произошло. Знать бы, что у него на уме.
Глава 23
Маркус
– И чего ты добиваешься, Маркус? – Томас отодвинул от себя стопку бумаг, которые изучал до того, как я вошёл в его кабинет.
– А чего я добиваюсь? – пожав плечами, я прошёл к его столу и занял кресло напротив. Потянулся, разминая спину под пристальным взглядом грозовых глаз Вайлета.
– Думаешь, я не понимаю, что происходит? У тебя вдруг появилась стихия огня, в ауре Вейз присутствует земля. Ты её инициировал и весьма удачно для себя. Девушка сильная и вы в отношениях, можешь не отрицать.
– Какие между нами отношения вовсе не имеет значения, Вайлет. Карделия, как ты сам отметил, сильна и неплохо натренирована.
– То есть ты не надеешься добиться разрешения на брак с ней?
– А это возможно? – спросил, стараясь, чтобы фраза прозвучала ровно.
– Конечно, нет, – не злорадно, а тоже без эмоций.
Но все равно стало скверно на душе.
Естественно о браке я не думал, точнее‚ не позволял себе думать. У меня есть обязательства перед родом Зерек. А эта работа… Наверное, глупо пытаться удержать Карделию возле себя. А потом будет и больно. Но в моей жизни было достаточно девушек, чтобы понять, что Карделия может стать той самой.
– Случай Николаса – единственный, на который мы пошли. Ты же понимаешь, это не блажь Совета.
