В мире, где каждое утро начинается с однообразных новостей, девушка без имени становится источником неожиданного света в тусклую повседневность. Ее жизненная легкость и способность видеть мир через другого открывают новые грани реальности, заставляя пересматривать обыденные события с новой позиции....
Это кольцо принадлежало моей матери, и я не вижу ни одной причины, почему вы должны его носить, – сказала она обжигающим, оскорбительным тоном.
– Тогда забирайте его, – процедила Ирина, но Саша мягко положил ладонь ей на руку.
– Ты забыла сказать: твоя мать – моя бабушка – подарила его мне, чтобы я отдал его своей невесте! – Саша сказал это таким же враждебным тоном и сжал Ирину ладонь. Это было кольцо с аметистом. Анна Викторовна посмотрела на Сашу так, словно он ударил ее наотмашь по лицу.
– Ты что, заделал ей ребенка, что теперь так носишься?
– Ты просто омерзительна.
– Вы что, беременны? – спросила она серьезным тоном. Ирина молчала, не зная, что отвечать. Больше всего на свете она хотела бы в тот момент испариться и забыть навсегда об этой женщине.
– Если вы его любите, сделайте аборт! – бросила Анна Викторовна. – Не портите ему будущее.
Это была последняя фраза, сказанная ею. Саша вытащил Ирину на лестницу, затем в лифт и на улицу, которую Ирина так хорошо запомнила именно потому, что пережила там самый унизительный момент своей жизни.
– Прости, прости, – шептал Саша, вытирая слезы губами с лица девушки. – Я не должен был привозить тебя. Это ненормально, противоестественно.
– Ты считаешь? – спросила Ирина тогда.
– Она просто ненавидит, когда что-то делается не так, как она хочет.
– Тогда нам не стоит жениться.
– Ни за что! Я… я просто не хочу ее больше видеть.
Но Ира не понимала. Выросшая в тихой, спокойной семье, где не случалось ничего острее, чем утренние новости, она буквально не верила своим ушам, моргала, пытаясь удостовериться, что ей это все не снится.
Ее вывернуло наизнанку прямо в Пожарском переулке.
Потом она настояла на своем, наотрез отказалась выходить замуж за Сашу. Только не такой ценой. Они могут жить и так, пока… или ишак не сдохнет, или падишах.
Свекровь ни разу не приезжала к ним в Санкт-Петербург, пока Саша был жив. Она не приехала, когда родилась Лиля, не поздравила Сашу с рождением дочери, не прислала подарка на первый Лилин день рождения. Свекровь жила так, словно для нее существует отдельно Саша – и отдельно, в параллельной вселенной, Ирина и Лиля.
В какой-то момент Иру это начало устраивать.
А потом Саши не стало. Марк держал Ирину под руки, Ирина мама сидела с Лилей.
