В мире, где каждое утро начинается с однообразных новостей, девушка без имени становится источником неожиданного света в тусклую повседневность. Ее жизненная легкость и способность видеть мир через другого открывают новые грани реальности, заставляя пересматривать обыденные события с новой позиции....
Рядом с ним стоял Сережа и в изумлении смотрел на Ирину.
– Вы что, уже закончили? – спросила она после долгой паузы, в ходе которой оба мужчины разглядывали Ирину как под микроскопом.
– Место женщины на кухне! – восхищенно протянул Сережа. – Чемезов, ты теперь мой герой!
– Я просто попросил вас загрузить посудомойку, на этом и все! – воскликнул Иван виновато. – Эти авгиевы конюшни вам не сдались, зачем вы бросились в бой с ними?
– Не злите меня, лучше скажите, как пользоваться этой штукой, – насупилась Ирина и протянула Чемезову электровеник.
– Послушайте, не будьте Золушкой. Бросайте эти глупости и присоединяйтесь к нам. Мы собираемся прошвырнуться и перекусить, – предложил Иван, а раскрасневшийся от своей «терапии» Сережа радостно кивнул и подмигнул Ире.
– Прогулка в обществе двух представителей искусства – разве это не звучит как мечта? – влез Сережа.
– Это с каких пор ты стал представителем искусства? – И Чемезов строго посмотрел на того, приподняв одну бровь. Ира улыбнулась, но покачала головой.
"– Я лучше схожу в магазин и закончу уборку. Теперь, когда я знаю, как много здесь нужно сделать, уже не смогу жить спокойно, пока не сделаю этого. Если вы, конечно, хотите, чтобы я осталась…
– Видишь, Чемезов, я всегда говорил, что ты – свинья, – влез Сережа, наливая себе в стакан еще немножечко виски.
– Ага, иногда вы так ладно пели с Натальей хором, что вполне могли сойти за дуэт. Так не идете, Ира, точно?
– Иду, – хмыкнула она. – В магазин.
– Если так пойдет, я окажусь у вас в долгу, а этого я не люблю, – заявил Иван.
– Не окажетесь. Я наем у вас куда на большее, – «утешила» его Ира.
– Обещаете? Вчера вы не наели и на три копейки! – пожурил ее Иван. – Слушайте, давайте мы все-таки поменяем условия. Продукты тяжелые, вы на шпильках. Я не смогу жить с этим. Между прочим, эксплуатация трудящихся в свое время уже разрушила нашу страну.
– Я не устраиваю революций и не собираюсь накупать еды на миллион, – успокоила его Ира.
Иван вздохнул и достал из шкафчика пресловутую банку с деньгами.
