Автор
В темноте без созвездий, девушка стремительно катилась по ночным трассам в компании лишь собственных мыслей и страха. Темп сотни километров в час казался бессильным против неудержимого ускорения ее нервов и отчаяния. Каждое мгновение превращается в испытание, когда жизнь выходит за пределы контроля....
Не будет же важный господин ночевать в избе, если ему, допустим, приспичило выбраться на охоту? К тому же у него свита, лошади, псы. Как обеспечить всех удобством?"
"Для того и строились господские дома. От них удобно было добираться и до леса и до деревень. Туда же устраивались выезды на природу, в подражание королевской семье. Постепенно эта мода сошла на нет. Потому что надо тратиться на содержание, платить дополнительный налог.
Его милость, барон еще лет десять назад приказал разобрать все господские дома. Поэтому по другим деревням их уже не осталось.
Алесия понимающе кивала, стараясь не улыбаться. Ясно же, что крестьяне просто забили болт на исполнение приказа. Оправдания звучали так складно, что не приходилось сомневаться — дом еще лет пятьдесят бы простоял. Однако неприкрытый пофигизм оказался ей сейчас на руку.
— Очень хорошо. И куда же ехать?
Кучер, до этого момента скромно колупавший ногтем кнут, встрепенулся.
— Мы так не уговаривались госпожа. Меня наняли только досюда вас подбросить. А теперь чего, прикажете ломать колеса по бездорожным колдовыбоинам? Я не согласный. Выгружайте давайте свои тюки-сундуки, и дальше сами.
Девушка смерила его холодным взглядом, но прежде чем успела хоть что-то сказать, вмешался Фенел.
— Ясно-дело без тебя уже туточа справимся. Дирк, Самвел, сымайте короба.
Подчиняясь его словам, люди вокруг зашевелились. Не прошло и получаса, как карета скрылась из глаз, а Алес со своей скромной свитой сидела в телеге на запашистой соломе.
Титом оказался жилистый старик, с седыми кустистыми бровями. За время сборов он не произнес ни одного слова. Однако легко поднял сундук на телегу, тогда как второй едва сдвинули два парня.
Еще минут десять, и вот телега уже едет по неровной земле, навстречу заходящему солнцу.
Староста проводил их задумчивым взглядом и запустил пальцы в жесткую бороду. Вокруг снова загудели голоса.
— … эта чёй же. Над нами девка теперь главной будет?
— … скинуть их в реку, да дело с концом!
— … будто никогось и не было…
— … бабы завсегда злые, теперь эта выришейка будет кровушку пить!
— Ты чагой-та на баб колесо катишь?! Где мы злые? — возмутилась одна из старух и отвесила говорившему затрещину.
— Цыц! — рявкнул Фенел.
