Автор
Тео испытывал нешуточное удивление, когда секретарша брата выглянула из-за стола и посмотрела на него с выражением крайнего любопытства. Он еще раз вспоминал свой диалог, пытаясь понять причину такого странных действий. Казалось, мир вокруг Тео накрепко увязся в удивительной трансцендентности — обычные вещи и люди стали выглядеть намного более загадочными и значимыми, чем когда-либо раньше....
— Пожалуйста, Тео, пожалуйста, мне нужно забыться, не чувствовать… Хочу, чтобы хоть на мгновение воспоминания оставили меня… Я знаю, ты можешь сделать это для меня.
Он медленно кивнул:
— Но ты должна понимать, что лишь на время забудешь о боли. Утром она снова будет с тобой.
— Я все понимаю, но, пожалуйста, подари мне эту ночь.
Тео все еще пытался обуздать свои гормоны, руководствуясь если не разумом, который уже сдал позиции, то хотя бы принципами, хотя чувствовал, что проиграет и эту битву.
— Послушай меня, сейчас ты разрываешься на части от переполняющих тебя эмоций…
— Тео, я не ребенок, я знаю, что чувствую.
Тео со свистом втянул воздух сквозь сжатые зубы, глядя, как глаза Бет снова наполняются слезами.
— Я просто хочу, чтобы ты сказал это вслух и прекратил играть в благородство!
Что-то лопнуло у него внутри. Тео вдруг перестал сдерживать себя и сжал Бет в объятиях.
— О, я совсем не такой благородный, как тебе кажется, — прорычал он, пожирая ее пылающими глазами.
— Хорошо, — едва слышно выдохнула она.
Тео медленно поднес к губам ее руки и поцеловал фарфоровую кожу на внутренней стороне запястья, заставив ее задрожать от желания. Бет стояла, не в силах пошевелиться, когда он провел кончиками пальцев по ее волосам, щеке, шее, медленно склонился к ее губам. Его поцелуй был твердым, требовательным, она приоткрыла губы, позволяя его языку проникнуть внутрь, и не смогла сдержать стон наслаждения. Услышав его, Тео чуть отстранился.
— Не надо, — в панике выдохнула она, не желая прерывать это мучительное наслаждение.
От страстной мольбы в ее голосе у Тео закружилась голова.
— Я уже не смогу, — прошептал он, сильнее прижав Бет к себе, и вдруг поднял ее так, что их лица оказались на одном уровне. — Поцелуй меня! — приказал он.
Она не заставила его повторять дважды."
"Жар и твердость его сильного, худощавого тела чувствовались даже сквозь разделяющую их одежду. Бет казалось, что все ее чувства обострились, она ощущала Тео каждой клеточкой своего тела, готова была кричать от страсти и желания стать еще ближе к нему.
— О господи, как хорошо, — прошептала она, почти не размыкая поцелуя.
Он ответил на своем языке, даже не задумываясь, понимает ли она его. Но Бет не нужно было знать язык, чтобы понять Тео.
