В мрачных лесах Блоссом-Вели прячется тайна — здесь родился Дэвид Блейз. Город остается прежним даже среди стремительно меняющегося мира, его запечатлевая в летних сумерках и солнечном утреннем свету. Холмы вокруг городка переполнены жизнью: цветущими растениями и скромно живущими коровами. Каждое дерево здесь — свидетельство прошлого, которое продолжает дышать в этом спокойном уголке....
Он снова закрыл глаза и заговорил тихо, но с нескрываемым сожалением в голосе:
– Кевин сказал, что он пригласил тебя на выпускной бал. Он был моим лучшим другом, и я не хотел вставать у него на пути. Он рассказал мне о тебе. И я отошел в сторону.
Кайла молчала, размышляя. Кевин не приглашал ее на выпускной бал до того, как Дэвид ее поцеловал. Она ответила Кевину согласием только потому, что поверила, будто Дэвид сожалеет о поцелуе и не намерен продолжать с ней отношения. Тогда она решила, что, если пойдет с Кевином на бал, Дэвид начнет ее ревновать.
Конечно, выбирая платье для выпускного бала, она думала о Дэвиде и Кевине. Кайла мечтала, что, увидев, до чего она великолепна, Дэвид пожалеет об ее уходе.
Но Дэвид не обращал на нее внимания. Казалось, он сильно увлекся Эмили Карсон, которая надела на бал черное платье без бретелек и выглядела модной и утонченной. Рядом с ней Кайла чувствовала себя девушкой из маленького городка, на которую никогда не обратит внимания парень вроде Дэвида.
Поняв, что Кевин предал ее и своего лучшего друга, манипулировал ею и лгал, чтобы добиться своего, Кайла ничуть не огорчилась. Она уже простила Кевина. И она уже простила себя.
Нет смысла о чем-либо рассказывать Дэвиду. Новые знания причинят ему еще больше боли, а он достаточно настрадался.
Кроме того, узнав всю правду о Кевине, Кайла обрела настоящую свободу. Она вольна любить другого мужчину. Вернее, вернуться к своей первой любви.
– Дэвид? – позвала она.
– Что?
– Ты его любил, да?
После долгого молчания он ответил:
– Да. Он был не просто моим другом. Он был мне братом.
– Расскажи что-нибудь хорошее о своем брате, – тихо произнесла Кайла. – Напомни мне, каким Кевин был когда-то.
Они принялись по очереди вспоминать приятные моменты, связанные с Кевином. Они проговорили до тех пор, пока в комнату не проникли рассветные лучи.
– Я всегда думал, – сказал Дэвид, – что если перестану на него сердиться, то мне останется лишь океан печали, настолько глубокий, что я в нем утону.
– И что? – прошептала она.
– Я чувствую себя совсем иначе. Мне кажется, осталась любовь, сильная и настоящая, даже после всего того, что между нами произошло. Жаль, что я не могу ему этого сказать.
– По-моему, ты только что ему признался, – тихо ответила Кайла. – Ты ему все сказал. Он дал нам намного больше, чем забрал у нас, верно? Даже его недостатки помогли нам с тобой стать такими, какие мы сейчас.
