– Не слишком похоже на правду, – скептически заметила Лионелла.
– Во всяком случае, Комиссаров поверил.
– Ему сейчас не до этого, – сказала Лионелла.
– Я знаю про Стрешнева. – Помолчав, Марианна добавила: – По крайней мере, он жив, а виноват или нет, суд разберется.
– Ну хорошо… Надеюсь, увидимся.
– Что значит – надеешься? – удивилась Марианна. – Я думала, что ты остановишься у нас. Я настаиваю на этом.
– Не знаю… Я подумаю, – протянула Линелла и вдруг вспомнила: – Ты передала телефон Кречету?
– Конечно, в тот же день, как только вернулась.
– Ну хорошо. Завтра после обеда я буду у вас.
Собравшись с вечера, Лионелла выехала из дома в десять утра. Лев уехал в аэропорт много раньше, часов в пять, но прежде зашел в спальню, чтобы поцеловать жену, она вяло ответила и пожелала счастливого пути.
Всю дорогу Лионелла думала то о Стрешневе, то об Ольшанском, то о Бирюковой. В голове не было никакого порядка, и это раздражало. Мысли скакали, как блохи на собаке. Решив, что картинка не складывается оттого, что не пришло еще время, Лионелла сосредоточилась на дороге, стараясь не думать ни о чем. Вскоре она доехала до усадьбы Тихвиных. Посигналила, и ей открыли ворота. Марианна вышла на крыльцо и заключила Лионеллу в объятия сразу, как только та вышла из машины.
– Идем, в столовой уже подали обед. – Она радовалась ей, словно ребенок. – Мне так тебя не хватало!
Удивившись таким проявлениям чувств, Лионелла не подала виду, а только попросила несколько минут, чтобы зайти в ванную.
За обеденным столом, накрытым с необычайной роскошью и размахом, сидел сам Тихвин, Комиссаров, технолог Кислянский и еще несколько человек, которых Лионелла уже видела, но лично не знала.
– С прибытием! – поприветствовал ее Тихвин.
Комиссаров встал, выдвинул стул и пригласил Лионеллу сесть рядом с собой.
– Послезавтра у нас торжество, – объявил Тихвин. – Дочери Аленушке исполняется два года. Соберется около двухсот человек гостей. Приглашаем вас с супругом.
– Спасибо, но, к сожалению, Лев уехал.
– Ну, если только цирк лилипутов, – улыбнулась Лионелла.
Режиссер Комиссаров заметил:
– Нам предстоят напряженные съемки.
– Одно другому не мешает, дорогой друг. Надеюсь всех вас увидеть на праздновании дня рождения нашей дочери.
– Наши уже приехали? – спросила Лионелла у Комиссарова.
Он посмотрел на часы.
– Во сколько завтра начинаем?
– Когда появится свет.
– Часов в десять? – уточнила она.
– Нас отвезут… Но, если честно, сценарист еще не закончил корректировку сценария.
