В Девушке не нашего круга начинается история нескольких жизней, взращенных различными повседневными житейскими поворотами в России и за ее пределами. Начало - сердцевина Москвы осенью 1998 года, когда даже радость беременности не может омрачиться тяжести. Книга исследует границы между людьми, которые к этому моменту уже обрели своеобразный кодекс: кто идет, кто сидит, а кто, казалось бы, никогда не виделся друг с другом....
– Ты с ума сошла! А ну вернись! Упадешь! Возвращайся немедленно!
Артем жестом останавливает вопящую подругу. И впрямь, если девушка вдруг передумает, развернуться и пойти назад будет сложнее, чем шагать вперед. Поэтому заинтересованным зрителям лучше не советы давать, а молиться, чтобы она благополучно добралась до конца опасного пути.
Настя покачивается, с трудом поддерживая равновесие, но идет.
Юля от страха зажмуривает глаза.
Лицо Артема перекошено от напряжения – но он не может ничего сделать, ничем помочь.
Внизу заинтересованно вышагивают, подымают морды хищники – они каким-то своим, звериным чутьем почувствовали, что наверху происходит что-то необычное и не исключено, скоро будет чем поживиться.
Но Настя, как ей ни трудно, все-таки преодолевает подвесной мост, а на последних двух шагах ее подхватывает в свои объятия Артем.
Юля исступленно кричит на сестру:
– Какая же ты дура! Дура, дура! Ненормальная!
* * *Но злость, волнение и драйв, вызванные выходкой Анастасии, быстро улетучиваются.
Молодые люди в авто, которым управляет Артем, отправляются в уединенную бухту.
Там накрывают небольшой пикник: жареные окорочка, помидоры. Коньяк, шампанское. Антураж мало чем отличается от той ночи, когда был ограблен приезжий Порфеев, – однако и место совсем другое, и белый день на дворе. И настроение в этот раз царит иное: легкое, радушное. И девушки на сей раз, вместе с Андреем, выпивают. Постится только Тема – ведь ему рулить.
Сестренки купаются: брызгаются, подбрасывают друг друга, хохочут.
Артем сидит на берегу рядом с другом. Он с ласковой улыбкой смотрит на Настю.
– Ну, и зачем она тебе? – спрашивает Андрей.
– Отстань. Может, я влюблен?
– Нашел в кого. Провинциальная курица. Блондинка.
– Не смей так говорить об объекте моей страсти, даме моего сердца.
– Сдается мне, не все тут так просто. И если ты рассчитываешь на легкий курортный романчик, вряд ли оно получится. Что-то в ней есть такое… Непростое, жесткое… Короче, в два счета, в твоем привычном стиле, она тебе вряд ли даст.
– Ну и пусть. Я ведь и жениться могу.
– Ты с ума сошел! Девчонка откуда-то из кубанской станицы, без роду, без племени, без денег, без образования!
– А мне и не нужна богатейка с «вышкой» за плечами! Был бы человек хороший да меня ценила.
– Фу! Похоже, ты натуральный дебил. Только не говори о своих далеко идущих планах – типа, «я и жениться могу» – при второй, при Юльке.
