Автор
Девушка с голодными глазами описывает Алину – аристократически прекрасную женщину со странным физическим состоянием. За два года до повествования у нее пропали месячные, и теперь она испытывает невероятный эротический восторг от любых прикосновений. Алине хочется не только наслаждаться своими телесными реакциями, но и найти объяснение этому странным изменениям в своем теле....
Манюней, Марией, Марьюшкой, кареглазым румяным созданием, робким, мягким и плавным, словно сошедшим с кустодиевского полотна. Она была из тех женщин, кого полнота только украшает. К тому же полнота ее была не медузно-дряблой, как рождественский пудинг, а тугой, плотной, аппетитной, спортивной, наливной. Она не относилась к модному субтильному типажу. Но, как ни странно, нравилась большинству мужчин – в ее первый московский год Мане назначили столько свиданий, сколько у иных ее подруг не было за всю жизнь.
Маня приехала в Москву, чтобы стать звездой. В своем родном городе она была чемпионкой по метанию ядра – тренер давно сватал ее в российскую сборную. Ей не хватало резкости и уверенности в себе. «Москва – лучший дрессировщик, – сказал он ей на прощание. – Там хорошие залы и конкуренция острее. Расслабиться не получится. Я договорился с тренером московской сборной, на первое время он возьмет тебя под свое крыло, может быть, и оставит в команде… Поучишься, заведешь знакомства, выступишь на чемпионате… А там видно будет».
В родном городе она была звездочкой местного масштаба. А в Москве выяснилось, что ее спортивному таланту грош цена. Московские спортсменки были куда сильнее ее, Мани Ивановой. Во всех соревнованиях, на которые Маня осмеливалась подать заявку, она занимала почетное последнее место.
У московских метательниц ядра был нулевой коэффициент женственности. Их фигуры напоминали знаменитый монумент «баба с веслом». Огромные, литые, с прокачанными спинами и мощными руками, они, как правило, почти не красились и коротко стриглись.
– Красивая ты баба, Маня, – сказал ей как-то раз тренер, который с самого начала положил на нее глаз, – даже жалко тебя.
– А что жалеть?
– Нет у тебя будущего, – без реверансов ответил он, – так и будешь занимать последние места. Посмотри на чемпионок. Они твердые, как скалы. Сильные, как сами черти. А ты мягкая, полная, плавная, – пользуясь случаем, он ущипнул ее за складку на талии, – женственная, красивая…
– Не надо, Николай Семенович, – Маня стряхнула его назойливую руку, – у меня такая конституция, такая уж уродилась.
