– Ты научил меня не доверять людям. А теперь проваливай отсюда, если тебе нечего сказать. Но буду рада выслушать тебя, что я такого сделала, что ты так со мной поступил. Есть что сказать?
– Есть.
– И? – выгибаю бровь и плотнее укутываюсь в махровый халат. – Какая у тебя будет причина? Я влюбился в тебя за неделю, захотел ребёнка и решил вернуться через три года, чтобы получить всё готовое?
– Больше недели.
– Неважно, – огрызаюсь. Девять дней или семь – разницы никакой. – Срок – не то, что мне нужно. Твой поступок, он…
Я не могу подобрать цензурного слова!
– Ужасен! Да если бы этот ребёнок был жив… Я бы никогда не отдала бы его человеку, который даже ни разу не поинтересовался моей жизнью! Не помог! И тем более зачал его таким грязным методом!
Меня от одного только его вида буря ненависти переполняет.
Кулаки сжимаю и зубы стискиваю.
– Я не мог, – чёткий и сухой ответ.
Я усмехаюсь.
– Был занят окучиванием других молодых девушек? – язвлю.
Он злится, раз прожигает меня таким взглядом, доводя до дрожи где-то внутри.
– Мой поступок был… – он прерывается, а у меня сердце замирает. – Поспешен и груб.
И это всё? То есть… Не будет ни извинений, ни валяний в ногах? Хотя зачем? Они мне уже не помогут.
– Но и связаться я с тобой не мог. Не сказал бы, что жил в Аду всё это время, но имелись трудности.
– Какие? Делал детей половине страны? Зачем? Хотел свою футбольную команду?
Он делает грозный шаг вперёд, вжимая мою спину в стенку шкафа. А ведь он ещё не подошёл. А я уже волнуюсь, хоть и говорю себе не показывать слабость.
– Смешно, – произносит с каменным лицом. Подходит близко. Оставляет между нами несколько сантиметров. Только хочу выскользнуть, как он ловит меня за руку. Пальцы наши переплетает. И больно становится. От жеста этого. – Но нет.
– Знаешь, каково псу на цепи сидеть перед куском свежего мяса без возможности его съесть?
– Что ты несёшь?
– Ты не поняла моих слов?
– Не поняла! – вскликиваю. Свободной рукой толкаю его в плечо. – Я тебя вообще не понимаю! Ты тот мужчина, что заманивает в свои сети, а потом убивает! И что бы ты сейчас ни сказал мне, Амир… Того ребёнка не вернуть.
Хоть тысячу раз извинись. Или на колени встань. В прошлом всё. И моя любовь к тебе, и…
Поджимаю губы и снова вспоминаю те адские дни.
Нет, всё, хватит! К чёрту! Я так долго убивалась прошлым, и оно меня и настигло.
Стоит сейчас, сжимает мою ладонь и злобно дышит, нависая огромной и нереально пугающей тенью.
– Уйди, – прошу его.
